Пятый всадник

Сердце мое разрывалось от жалости к Наталье, но решение было принято.

– Прости, Наташ, – я погладил ее волосы, – жаль, что я не встретил тебя раньше. Или позже. Я не могу сейчас все тебе рассказать. То, что со мной произошло в последнее время – не только моя тайна. Мне нужно какое-то время, чтобы все уладить, а потом я расскажу. Давай, пока останемся просто хорошими друзьями.

Она встала, достала из шкафа домашний халат и накинула себе на плечи.

– Конечно, потом расскажешь.

И пошла на кухню. Тон, которым была произнесена эта фраза, меня поразил.

Если бы существовал прибор, измеряющий температуру тона человеческого голоса, то сейчас он бы показывал абсолютный ноль. Ну, вот. Друзьями, похоже, тоже не получится. Интересно, она меня прямо сейчас выставит, или все-таки даст переночевать?

– Кстати, – раздался ее голос из кухни, – нож, про который ты говорил, уборщица нашла и отдала нашей завотделением.

Я встал с дивана и подошел к ней.

– Это тебе уборщица сама сказала?

– Нет, завотделением сказала.

Но она, естественно, будет молчать. Зачем ей лишние проблемы?

– Отпечатков, значит, там, скорее всего, нет.

– А тебе не все ли равно? Инцидент исчерпан. Несчастный случай и все тут. Можешь забыть.

– Когда его выпишут?

– Да какая разница? – произнесла она с заметным раздражением, – недели через две, я думаю.

– Он будет меня искать. Он своим дружкам обещал меня убить и должен будет это сделать. Иначе потеряет статус. У бандитов так устроено.

Она посмотрела на меня внимательно, будто изучая.

– В Москве, я думаю, он тебя не найдет.

Ага. Значит, я для нее – отрезанный ломоть. Жаль, конечно, но, как говорится, такова се ля ви.

Наталья разложила мне кресло-кровать, сама легла на диван. То ли оттого, что спал днем, а, может, просто переволновался, но полночи ворочался, не в силах уснуть.

В семь утра меня уже разбудили. Чашка кофе и поджаренная колбаса с яичницей уже ждали меня на кухне. Завтрак прошел в молчании.

– Ну, все – мне надо собираться на работу, а тебе ехать, – сказала Наталья, как только опустела моя тарелка.

Я быстро и молча одевался в прихожей, она стояла рядом и ждала. Наконец, я был готов. Наталья щелкнула замком двери и потянула за ручку. Глаза наши встретились на миг, но затем она быстро отвела взгляд. Защемило сердце. Повинуясь порыву, я сделал шаг вперед. Мои руки легли к ней на талию, я легонько прижал ее к себе. Она продолжала стоять, опустив руки, но не отстраняясь.