Слуга вечности. Книга 2

 – Он взял тебя как новичка, который гарантированно не участвует в интригах орденов. Он старается от их разборок держаться подальше.

– Удержался, да, – намекнул Гордей на некое «обстоятельство», ввергнувшее своего отца в самую пучину этих разборок. «Обстоятельство» вздрогнуло. – Как ты вообще додумалась в Эво сбежать?

– А что мне было делать? Помнишь первую попытку похищения саркофага? Ну, когда мы с тобой в первый раз увиделись? Так вот, Яна бесов не подсылала, понимаешь? Кто-то другой хотел выкрасть Последний Приют Хатшепсут!

– И что?

– Как – «что»? Феликс мог догадаться, как его использовать.

Неизвестные могли его украсть. Саркофаг в Изумрудном городе был в опасности. Вот я и решила с ним сбежать. Причем, не поверишь, отважилась в последний момент. Бойцов Яны уже из санатория выбили, тут она снимает блокировку портала, и я думаю – сейчас или никогда! Открываю портал прямо под саркофагом и…

– Со всего разгона влетаешь в неприятности. Да ладно, расслабься. – Гордей решил поддержать девушку.

 – Мы Когтя в ловушку загнали – мы его оттуда и вытащим! Идет?

Предложение прозвучало как тост, за который они тут же чокнулись и выпили.

Утро следующего дня разительно отличалось от предыдущего. На работу Гордей приехал на такси и с замирающим время от времени сердцем еле вскарабкался на третий этаж к Никитичне. Отдышавшись возле ее кабинета, он толкнул дверь и узрел идиллическую картину: главная колдунья и могучий страж Службы сидели за одним из лабораторных столов и гоняли чаи.

– Доброе утро! – выдавил из себя Гордей, совсем не считая это утро добрым.

– У-у-у, милок, чегой-то ты совсем зеленый? – Никитична моментально оценила состояние Гордея. – Проходи, присаживайся, чайку попей – отпустит.

– Мне бы комплект зелий… – робко попросил Гордей.

Его табельный патронташ с бутылочками остался в Эво. А чувствовал он себя так, будто вот-вот богу душу отдаст. С Вереной посидели они неплохо, остаток вечера жалуясь друг другу на извечные проблемы взаимоотношений детей и родителей.

Прощаясь, Верена даже обрадовала его, что это свидание в счет не идет и у него есть еще одна попытка.

– Ишь, чего удумал! Служебные зелья на похмелье переводить! – рассердилась Никитична. – Ты знаешь, сколько целебный эликсир настаивается? Месяц!

– Но мне плохо… очень, – жалобно произнес Гордей, почувствовав, как его единственное средство спасения уплывает далеко в туман, помахав ручкой на прощание.

– Я тебе и говорю – попей чайку, лучше станет.