Красная галактика. Книга 4

Но девушка не только не потеряла ориентацию в пространстве, она еще и стрелять умудрялась! И вполне неплохо, когда Егор, поборов тошноту, открыл один глаз, он увидел, что машина неприятеля разлетается на куски.

– Вот теперь они однозначно разозлились! Прыгаем!

Накачка Т-двигателя заняла полминуты. За это время вражеская флотилия сократила расстояние до «ястребка» и палила по нему от души. «Ястребок» буквально плескался в огненной реке, несколько выстрелов зацепили его щит! Но вот перед ним раскрылось спасительное кольцо перехода, в которое он и нырнул.

Прыжок был недолгим, точка выхода находилась близко. Егор даже не успел разъяснить детали своего плана Стрелке. А план был очень коварным – уничтожение «Крузенштерна» больно ударило по самолюбию, как-никак это был первый крупный корабль, который потерял ГССР. Еще с ним Егора связывали самые теплые чувства, ведь именно «Крузя» доставил их с Семеновичем в настоящую космическую сказку. Но уничтожение корабля вызывало лишь досаду, в то время как поголовный геноцид в Лиироно – самый настоящий праведный гнев.

У Пакта существовали технологии, способные отследить, куда прыгал тот или иной корабль. И Егор надеялся, что в данном случае трекинг обязательно выследит их «ястребок».

– И… и что мы тут делаем? – спросила Стрелка, после того как «Як» вышел из перехода.

Смятение девушки можно было понять – истребитель оказался внутри колец циклопических размеров, усеянных орудийными башнями, стволы которых немедленно взяли его на прицел.

– Че приперлись? – прозвучал скрипучий голос по радио.

– Приветствую тебя, о Мать всех гикан!

– Чего приперлись, говорю? – гиканка не обратила внимания на официальный тон Егора.

– Нет, – признался Егор.

Он представлял себе, какие чувства сейчас испытывает Мать. Это же она их сдала Пакту. И теперь небось гадает, известно ли это Егору или нет. Причем гадает, держа палец, или что там его у гикан заменяет, на гашетке. Дернись они сейчас, скажи какую-нибудь глупость, и старая ворюга не думая разложит их на атомы.

– Продать надо что-нибудь? Купить? – раздраженно спросила Мать.