Смешно и грустно. Сборник рассказов

– ВАЗ – это завод, который делает Жигули, – объясняю я ему, – а Жигули и лада – это одно и то же.

– Ну, здрась-сь-сьте…

– До свидания, спокойной ночи, а лучше прощайте!!!

– На суде тебя простят. Алё, полиция?

Да чёрт с ним, – думаю, – пусть звонит, куда хочет, хоть в милицию, хоть в Кремль, хоть батюшке Ленину на тот свет…. Просто, полиция потом сколько нервов потреплет.

– Ладно, – говорю, – вот лично у вас, какая машина?

– Моя машина лучше всех, – гордо заявил непонятливый посетитель и кивнул на стоящие у забора лыжи, – Никогда не подводит и расходов, ну, никаких.

Он убрал от уха мобильный телефон, а я от возмущения даже не нашёлся, что сказать.

Откуда ни возьмись, появился хозяин «шестёрки» – двухметровый детина с широченными плечами и крупным мясистым лицом с изрядным количеством морщин. Не говоря ни слова, он открыл дверцу, достал монтировку и начал двигаться в мою сторону.

– Эй-эй, мужик, ты чего? – забеспокоился я.

– Не чего, а что, – басом прогремел он, – По машине ударил? Ударил.

Он повертел в руке монтировку, ухватил её за другой конец второй рукой и с лёгкостью согнул, завязав в узел…, в морской, кажется. У меня в горле застрял сухой комок, спина взмокла. Я попытался оправдаться, но предательский язык никак не хотел издавать привычных уху звуков:

– Йа за-за-за-за… за-за-задел случайно рукой, слу… чайно… я.

Водитель «шестёрки» бросил монтировку на землю, сгрёб меня в охапку и я, посмотрев на этот металлический узел, с ужасом представил себе, в какую замысловатую фигуру превратиться сейчас мой позвоночник.

– Жигулёвское? – тихо пискнул я.

– Угу, – буркнуло лицо.

Руки здоровяка казались каменными глыбами, зажавших в свои каменные тиски всё моё весьма немаленькое тело целиком. Вдруг подумалось, как хорошо, что я не успел пообедать, иначе у этого громилы появился бы ещё один повод, чтобы меня убить.

– Чтобы я тебя здесь больше не видел! – прогремело лицо, обдав меня новой партией перегара, и в ту же секунду я оказался лежащим на снегу в какой-то нелепой позе лицом вверх и тазом тоже вверх.

Широкоплечий здоровяк, неясно каким образом влез в машину, совсем не подходящую для его габаритов, и, стрельнув на прощанье клубом газа, скрылся за поворотом. Я полежал ещё немного и, отряхиваясь, поднялся на ноги.