Пламя клинка

Плоская голова горела пятью глазами, по два с каждой стороны и один во лбу. Острые рога топорщились на затылке.

На шее трепетал алый с багряными прожилками капюшон; рычащая пасть усеяна зубами, в двадцать ровных рядов.

Из раздутых ноздрей вырывался пар, и я знал, что это клубы серной кислоты.

Вновь содрогнулась площадь, и две новые головы появились над ней.

– Они обычно трехглавые, – с ухмылкой пояснил Руфус.

Девушка поднялась.

Магическая броня, вшитая в кожаные доспехи, на сей раз защитила ее.

– Не будете ее защищать? – спросил я.

– Не имею права.

Лицо Руфуса оскалилось довольной усмешкой.

Он был рад использовать лазейку в законе, чтобы не рисковать. По новому уложению об имперских истязателях, никто не смеет вмешиваться в их дела – ни стражники, ни гвардейцы.

Хорошая отговорка.

Только в прошлом году трех изуверов убили прямо на глазах у солдат, а те не шевельнули и пальцем.

Если огромный змей, вырвавшись из коллектора, разорвет в клочки посланницу императора, никто не сможет обвинить Руфуса или коменданта.

И у них появится время найти убийцу самим.

А еще лучше – назначить на эту роль того, кто подвернется под руку, быстро его казнить и отчитаться перед столицей.

– Сколько, по-вашему, у нее осталось брони? – спросил казначей.

– Не больше половины, – ответил я.

Девушка выхватила из заплечных ножен бастард.

Оскаленная пасть змея устремилась к ней.

2

Все герои спасают красивых девушек.

Так уж заведено.

Ехидные тролли добавят, что рыцарями при этом движет вовсе не благородство, а зуд в мошонке; но чего вы хотите?

Тролли во всем увидят что-нибудь скабрезное.

Мне следовало вскочить, обнажить сверкающий меч и кинуться на помощь красотке.

Но, к счастью, я не герой из сказки; а если чешется, так проще почесать, чем кидаться на бешеного дракона.

– Ставим, – предложил я. – Сколько продержится.

– Меньше пяти минут, – сказал Руфус. – Здесь полно мест, где можно спрятаться.

– Отлично, – кивнул я. – Ставлю, что выстоит дольше. Сто золотых монет.

– Э, – отмахнулся Руфус, – ваши деньги пропали.

Девушка подпрыгнула без разбега.

Перевернулась в воздухе и приземлилась на одну из голов гигантского змея.

Вспыхнул лазоревый меч и по самую рукоять вошел в глаз чудовища. Тварь заревела от невыносимой боли. Шея ее зашаталась и стала падать так, как рушится огромное дерево.