Пламя клинка

– Давно здесь? – спросил я.

– Почитай с самого начала. Видел, как первые стены мастеровые гномы закладывали. Диковинное дело, скажу! Детинец-то махонький попервам, так, на пару отрядов. Больше нам и не надо было… А в центре…

Огнард описал руками внушительный круг.

– Чаша стоит, огромная! Если хошь, клади туда камни, мрамор, деревянные балки – чего не жаль; и детинец расти будет, сам, без мастеровых. Всего-то и нужен толковый гном-инженер, чтоб этим управлять.

Воевода все тянул время, не решаясь перейти к главному, а я и не торопил.

– Наш комендант, Аскольд, прошел три войны. На Черной тоже служил, только у Порогов; ты его, наверное, не знаешь.

– Зато наслышан, – кивнул я.

– Вот именно, – усмехнулся Огнард. – Слава о нем с тех пор далеко пошла. Но в столице не задержался. Сам понимаешь! Нам, фронтовым, все эти дворцовые дела во как поперек горла.

Воевода провел ладонью по шее.

– Вот и попросился сюда, на дальние рубежи. Земли тут неспокойные; орки по всей степи. Есть у них здесь три крепости, и в каждой сидят шаманы; скажу тебе, не приведи Перун штурмовать такую.

Огнард сотворил охранное заклинание.

– Но армии у них мало, все по степи рассеяно. Сел много, почти без охраны. По горам скарбники; ну, ты знаешь, они похожи на гномов, только в кузнечном деле не мастера.

Я кивнул.

– Слышал я, что в их шахтах большие залежи адаманта, – продолжал воевода, – но сам не видел, гостей там не привечают.

Глаза его на мгновение стали жесткими, и я понял, видимо, как-то раз почтенные скарбники выставили его с позором из малахитовых гор.

– А за степью – Снежные Пустоши. Твари там живут…

Огнард посуровел.

– Жуткие! Часто сюда приходят и разоряют деревни. Орки их боятся и считают богами. До Малахита, правда, ни разу не добирались. Не сплоховал Аскольд, верно выбрал место для крепости.

На платформу из боковой двери вышел гном.

Он был одет в парадный кафтан, высокую шапку с оторочкой из меха белого охневмя, подпоясан широким поясом, на котором темнели серые руны левитации, позволявшие гному летать вдоль башен и стен.

Нарядные сафьяновые сапоги были украшены мелкими изумрудами, и ты замечал не сразу, что подошва у них в три раза толще обычной; видно, гному хотелось казаться не таким маленьким.

– А вот и Торвальд, наш инженер, – представил его воевода. – Я тебе рассказывал; а это Хорс, чародей, заехал к нам между делом.

Гном посмотрел сквозь меня, словно я был призраком и через пару секунд навсегда растаю.