Русские своих не бросают: Балтийская рапсодия. Севастопольский вальс. Дунайские волны

Шеншин о чем-то переговорил с вышедшим ему навстречу начальником караула, после чего мы въехали мимо Картинного дома прямиком в Нижний сад, где и остановились. Морпехи выбрались из бронетранспортеров и с любопытством огляделись по сторонам. Некоторые уже были здесь в XXI веке и теперь сравнивали внешний вид дворца, который был в пропавшем неизвестно куда будущем, с тем, который сейчас был перед ними. Надо сказать, различия были не такие уж большие. Во время войны немцам так и не удалось ворваться в Ораниенбаум, и от вражеских обстрелов пострадали лишь Китайский дворец и Катальная горка.

– Господа, – сказал подошедший к нам подпоручик, опасливо поглядывая на наши боевые машины и стоящих рядом с ними морпехов. – Я попрошу вас и ваших людей немного обождать здесь. А вам, господин майор, и вам, господин капитан, я предлагаю пройти со мной.

Мы вчетвером отправились в сторону восточного флигеля дворца, где, как оказалось, находилось караульное помещение.

– Господа, – улыбнувшись, произнес ротмистр, когда мы вошли в караулку, – позвольте вам представить моего кузена, подпоручика лейб-гвардии Волынского полка Ивана Тимофеевича Алексеева.

Мы поздоровались с подпоручиком и представились. Тот с удивлением посмотрел на нас, а потом на ротмистра.

– О своих приключениях я расскажу тебе чуть позже, – сказал ему Шеншин. – А пока попрошу проводить меня на станцию телеграфа. Надо срочно передать государю важные сведения. Ты же распорядись, чтобы боевые машины, на которых мы приехали, убрали подальше от лишних глаз.

Подпоручик кивнул и скомандовал караульным солдатам:

– Блохин, Варварин – определите эти самодвижущиеся повозки в каретный сарай, если что, скажете – я приказал. Там есть свободные места, они должны поместиться. А ты, Голубев, проводи господина ротмистра на телеграфную станцию.

Ну, а вы, господа, – обратился к нам подпоручик, – пройдемте со мной. Я распоряжусь, чтобы вашим людям принесли поесть. Господа, попрошу вас быть моими гостями.

Мы вышли из караульного помещения и проследовали за подпоручиком. Краем глаза я заметил, как в одном из окон дворца на мгновение мелькнул чей-то силуэт. Как мне показалось, это была женщина.

В комнате для дежурных офицеров нас усадили за большой стол, и денщик подпоручика Алексеева с – удивительным проворством выставил на столешницу глиняные блюда с нарезанной ветчиной, сыром, копченой рыбой, кусками холодной курицы и ломтями хлеба.