Сын гадюки

– Когда-нибудь я посажу тебя на привязь, – сказал он вслух, надеясь, что Чингисхан услышит и вылезет сам.

В толще воды кто-то зашевелился. Чаушин замер, ожидая, пока поверхность озера разгладится и станет лучше видно, что там на глубине. К нему подплыла стайка колючих рыб – постоянных жителей Зеркального озера.

– Ребята, вы случайно тут бизона не видели? Здоровый такой, рогатый, с коричневой гривой.

Рыбы были похожи на маленькие красные кубики. Они изо всех сил махали плавниками, пытаясь избежать столкновения друг с другом, чтобы не наколоться на короткие острые иголки, которыми были покрыты их тела.

Стайка дружно выстроилась в три прямых линии. Получилась стрелка, указывающая вдоль берега.

Чаушин последовал в заданном рыбами направлении, с трудом шагая по илистому дну. Ноги по щиколотку проваливались в песок. Водоросли оплетали голень, делая каждый шаг все сложнее и сложнее. Держа строй, колючие рыбы плыли впереди, указывая путь.

Добравшись до противоположной стороны озера, красная стрелка повернулась к берегу.

Чаушин от досады шлепнул себя ладонью по лбу:

– Я же мог пройти по берегу!

– Мог, – подтвердил голос, – будь ты чуточку умнее.

Пастух посмотрел туда, куда указывали рыбы. Прямо из воды вели следы копыт Чингисхана. Чаушин повторил путь своего подопечного, который пытался сбить его со следа, пройдя по мелководью.

– Хитрый, зараза! – изумленно сказал Чаушин.

– Похитрее некоторых… – добавил голос.

– Спасибо, ребята! – Чаушин помахал рыбкам и по следам Чингисхана ринулся на сушу.

Отпечатки копыт вели вглубь Баобабовой рощи. Бизон вилял между огромных стволов. Повсюду, где прошел Чингисхан, были поломаны ветки кустарника. Этот персонаж не отличался аккуратностью и грацией.

Чем глубже в рощу заходил Чаушин, тем сильнее он ускорял шаг, чтобы быстрее найти любителя пряток и вернуться с ним к стаду.

– Веди себя как бизон, – приговаривал он, ступая точно по следам Чингисхана.

Бизону удалось втянуть пастуха в игру. Чаушин уже бежал сломя голову.

Озерная вода в его единственном мокасине хлюпала все чаще. Водоросли с ног цеплялись за поломанные Чингисханом кусты и оставались на них. Захваченный азартом, Чаушин не видел ничего, кроме углублений в земле, оставленных копытами. Разогнавшись до предела, Чаушин впечатался лбом в баобаб.

От удара голова закружилась. Чаушин не устоял на ногах и сел в огромную лужу у подножья дерева.

– Да что сегодня за день? – заворчал пастух, потирая ушибленный лоб.