Колея к ржавому солнцу

Вот аферюги…

Он зашел в поликлинику, натянул мерзко шуршащие голубые бахилы, двинулся по коридору, вспоминая путь до рентгенкабинета. Очередь возле его дверей рассосалась. Сам кабинет, если верить обозначенным часам приема, скоро заканчивал работу.

Ладно, он подождет. Хотя бы медсеструху выцепит. Шуганет ее, узнает, где найти ее дружка, вернет свои деньги плюс компенсацию, а там посмотрит…

Никого шугать не пришлось. Из поликлиники медсестричка вышла вместе с «пострадавшим». Шли рядом, держась за руки. Парень слегка прихрамывал, но при этом он и его подруга смеялись.

Не над тем ли, как ловко провели Жеку? Продолжая ржать, будто отхватили пару мешков смеха на распродаже, парочка прошла мимо «опеля» и свернула в сторону Московского проспекта. Жека подождал, пока они отойдут от поликлиники к дворам, где уже начинали сгущаться зимние сумерки, выбрался из машины и быстрым шагом бросился вдогонку.

Приближаясь, он заметил у Цоя зажатую под мышкой папку для документов – тощую, из коричневой кожи, с виду недешевую.

В самый последний момент Цой обернулся, округлил глаза и, не успев убрать улыбку с лица, получил в репу. Кожаная папка улетела в сторону, а разводила, которому Жека зарядил в торец кинетической энергии, поскользнулся и упал на снег. Томатным соком из его левой ноздри заструилась кровь. Цой вскинул руку, прижав ее к разбитому носу.

– Вылечил перелом? – спросил у него Жека и повернулся к медсеструхе. – Как ты сказала? Смещение осколков? Уверена в своем диагнозе? Ничего не перепутала?

– Слушай, успокойся! – гнусавым голосом попросил снизу Цой.

– Я тебе сейчас все ребра переломаю! – пообещал Жека.

Говоря по правде, злился он несильно и сейчас больше играл роль. После Амстердама у него не осталось эмоций. Если попался на уловку этого типка, это его личные проблемы. Сам виноват, если дал себя одурачить. Цой просто зарабатывает деньги, как получается. Не особо вредным, кстати, для окружающих способом. Жеке с его угонами такая жизненная позиция ясна. Но напугать Цоя, чтобы вернуть свои деньги, необходимо.

Иначе он заскулит, будто разбитый нос – сломанный позвоночник, не меньше, начнет выкручиваться и юлить, лишь бы не отдавать деньги.

По его бегающим глазам видно, что уже об этом думает.

– Бабки гони обратно! – с угрозой в голосе произнес Жека.

Цой полез в карман, протянул смятые купюры.

– Вот, всё что есть.

– Это что, всё? – в руке у Жеки было полторы тысячи.

– Остальное потратил, – шмыгнул окровавленным носом типок.