Тяжкие телесные

Добиться такого успеха Ильичу удалось как раз в ночь смерти Ольги. Тайну гибели девушки Ильич открыл Толину последней. В тот тёплый августовский вечер Синявина осталась в клубе, не хотела идти на улицу со всеми, а больше всего не хотела выяснения отношений с её парнем – Лёшей. Мастер, как всегда, копался в электронных схемах, а Оля сидела рядышком, но не интересовалась – что к чему, как обычно, а изучала пространство. Уставилась в одну точку невидящим взглядом и молчала.

– Что-то ты Оленька такая невесёлая сегодня?

– Да вы-то наверняка знаете, слышали, как мы с Лёшкой ругались.

– Не переживай. Обычные переживания молодых людей, выступающих во взрослую жизнь. Лёша хороший мальчик.

– Знаю, что хороший. Вот только ревнивый, как Отелло. Понимаете, мне оправдываться надоело. Каждый день он ко мне пристаёт: «Ты не так на него посмотрела», «Что он тебе сказал?», «Где была?», «Лучше расскажи мне всё, как было», – а что я ему расскажу, если ничего не было. Измучил он меня.

– Непорядок. Думаю, это у него от понятного перегрева ума.

– Вы так думаете?

– Олечка, поверь, опыт у меня в делах сердечных имеется, хоть и не такой великий, как мне бы хотелось. Хе хе хе. – Оля округлила глаза. – Ладно, шучу.

Ольга, улыбнувшись, всё-таки обратила внимание на работу мастера:

– Не получается?

– Эх. Уж очень я надеялся в последний раз на то, что сработает. Три испытания, а на выходе лишь пшик.

– Да? У меня тоже так бывает. Бьёшься над задачкой, бьёшься. Никак. А потом меняешь местами условия и сходится.

– Как-как ты говоришь? Поменять местами? – Ильич застыл на месте, аж приоткрыв рот. Ему в голову, после слов Ольгу, пришла какая-то потрясающая мысль. Боясь её упустить, он не двигался с места, стремясь закрепив догадку на поводке формулировок и засунуть в клетку системы знаний, чтобы не убежала.

– Что с вами?

– Постой-постой. Минутку.

Ильич, сбегав к себе в каморку, вернулся с гирляндой проводков и коробкой с проводниками. Высыпав их на верстак, он взялся за паяльник. Увлечённо спаивая микросхемы, монтируя их детальки в чудном порядке, он вроде бы забыл о присутствии Ольги. Та решила о себе напомнить:

– Фёдор Ильич, ну я пойду, не буду вам мешать.

Подняв голову, Ильич воскликнул:

– ОЙ! Олечка, прошу тебя, не уходи.

– Поздно уже.