Проклятие Белого лебедя

– Заладил со своей парковой зоной…

– Там триста метров лип, ветви которых растут вот уже больше века строго вверх, а легенды связанные с “Белым лебедем”…Это же прекрасная история любви!

– Легендами сыт не будешь,– буркнул Заславский,– моя цена пятьдесят и не миллионом больше. Так и передай своему коту Леопольду…Не нравится, пусть ищет других дураков, благо их в нашем богоспасаемом отечестве навалом. Ахметка Ринатов вон…Или Олег Колибок… Тому вообще можно сказать, что раньше замок принадлежал украинской шляхте и тот купит за любые деньги.

– Леопольд Кенинг наслышан о том, что в вашей…в нашей стране,– поправился Чухненко,– вы один из немногих с кем можно вести дела честно, а потому я обещаю, что сделаю все возможное, чтобы уговорить его пойти на уступки. Пусть не такие…

– Только такие, мой дорогой!– разозлился олигарх.– только такие уступки приемлемы за эту халупу…

Чухненко поморщился, но спорить с клиентом не стал. Вместо этого он через силу улыбнулся и сделал приглашающий жест в сторону лестницы.

– А теперь приглашаю вас пройти наверх…

– Постой!– остановил его Заславский.– Мариночка, наш дорогой друг рекламирует парк с липами, растущими вверх. Возьми, пожалуйста, Костика и сходите с ним на осмотр. Чует мое сердце, что история с липами, такая же лажа, как и история с замком – прекрасным, как белый лебедь. Чухненко и в этот раз промолчал, лишь в его серых глазах мелькнуло что-то еле уловимое, вроде удовлетворения, но Заславский этого не заметил. Вместо этого он шагнул на ветхую лестницу и начал рассказывать сколько будет стоить ее ремонт.

Секретарь Марина мило улыбнулась Константин Ивановичу, который облегченно выдохнул, когда неспокойный отчего-то сегодня хозяин оставил их наедине. Он порывисто приблизился к девушке и обнял ее за плечи. Его серые глаза искрились желанием.

– Я уж думал он не уйдет никогда…– с жаром прошептал он, целуя мигом порозовевшие щечки секретаря Заславского.

– Костя…– прошептала она. Когда воздух в легких кончился. Ее жадные, чуть полноватые губы были приоткрыты. Они сводили бывалого гэбиста с ума, заставляя идти на самые безумные поступки, которые он думал, что уже и не совершит в своем пятидесятилетнем возрасте.

– Марин…

– Костя…– его руки бесстыдно шарили по ее привлекательному телу.