Проклятие Белого лебедя

Вообще не зря он меня хозяином называет…– Лучше расскажи, как ты тут оказался? Раньше мы с тобой как-то не встречались…

– А я раньше тут и не жил!– заорал он так, что за стенкой затих храп Эльвиры Олеговны, считая, что я правда глуховат.

– Тихо ты!– цыкнул я на него, щелкнув чайником.– Кофе будешь?

Семен поерзал своей мохнатой задницей с коротким хвостиком на стуле, поудобнее устраиваясь, потом почесал у себя за острым ухом.

– Нее…Молочка б…

Я залез в холодильник и на булькал в миску Кекса чуть больше половины.

– И?– я вопросительно поглядел на него. Страх уже куда-то ушел. Домовенок напоминал живую мягкую игрушку, никаких опасений не вызывая. Да, характер у парня был мягко говоря не сахар, но зато со всеми нами, с семейством Дворкиных он явно сживется.

– Молодец, что решил попоить кота! А то он у вас какой-то дохленький,– похвалил он меня с надутыми губами. Сполз со стула и прошлепал к столешнице.

– Извини…– смешался, наполняя ее до краев.

– Ничего!

Мы уселись за столиком. Чтобы хоть как-то загладить свой казус с миской, я достал какие-то Мишкины печенья, подставил под домовенка.

– Так откуда ты взялся?– снова спросил я, отхлебнув горячего кофе.

– Он еще спрашивает!– возмутился домовой.– Ты мою хозяйку убил? Убил…Теперь выходит ты мой хозяин…

– Стоп! Какую хозяйку?– насторожился я, мысленно прокрутив события последних месяцев.

– Ошибочка вышла, Семен. Я никакой твоей хозяйки не знаю, никого не трогал…

– А Милана?– домовой солидно отрыгнул и отставил чашку с молоком в сторону. – Она конечно хоть и была ведьмой, да стервой редкостной, а все ж человек…

– Послушай… Ее убили другие ведьмы!– начал оправдываться я, но Семен вдруг расплакался совсем по-детски. Его большие глазищи вдруг наполнились слезами, которые начали картинно падать на стол.

– Я тебя искал почти пол года…Прошел миллион квартир, пока добрался до тебя, а ты меня вот так на улицу…

Домовой легко спрыгнул со стула и медленно побрел к выходу. Низко опустив свою косматую голову. Его ушки-кисточки совсем обвисли, а при каждом движении худенькая гибкая спинка жалко всхлипывала.

– Постой же…– остановил я его уже на пороге кухни.

– Значит берешь?– глаза Семена хитро блеснули.