Долгий путь в никуда

Со старшими разбирались старшие, а мы со взрослыми чужаками встреч избегали, берегли зубы и очки (в смысле мы легко при неправильном поведении, косом взгляде, могли поплатиться унижениями, о которых и думать не хотелось, знаете, всякие попадались, в том числе крайне суровые отморозки-подростки). Зачистка территории от "захватчиков" происходила, когда уж совсем нам было нечего делать. Мы собирались и шатались вокруг, да около нашей улицы.

В тот солнечный, прохладный, до пара изо рта, день наше патрулирование началось не так, как обычно.

Мы стояли у торца соседней с моей пятиэтажки. Нас было снова семеро, но самый старший из нас в этот раз был Дима: другие большие пацаны из нашей компании временно отсутствовали.

Елисей заметил его первым. Парнишка шарился у окон первого этажа дома с явным намереньем что-нибудь скоммуниздить. Во всяком случае, нам хотелось так думать. Повод! Хотел он совершить кражу торчавших из некоторых форточек сеток с продуктами (так их охлаждали, не прибегая к услугам холодильника) или просто подглядывал – не важно.

Мы ведь не милиционеры и сами не без греха, а вот допечь чужака – отличный повод, чтобы обвинить в краже.

– Смотри – крыса, – спокойно – его возбуждение выдавали одни не в меру расширившиеся зрачки ночной птицы – заметил Елисей, указав лёгким кивком на малолетнего диверсанта.

– Ату его! – взвился Дима. И мы побежали.

Сигнал подан; жертва ничего не успела понять, как очутилась в силках. Кажется, я этого хорька в длинной коричневой куртке видел раньше, в школе.

Мелкий шкет – года на два младше.

– Ты чё здесь делаешь? – схватил за шкирку хорька Елисей.

Остальные обступили шкета со всех сторон. Я стоял слева и мог отчётливо наблюдать дрожащие ноги и прозрачную капельку неизвестно чего висящего на носу жертвы.

– Воруешь? – это Башковитый ляпнул, дёрнул хорька за волосы и выдохнул в лицо облачко дыма.

– Не, я просто…

– Что «просто»? На пидора ответишь? – Елик и остальные подхватили его и потолкали подальше от дома, чтобы на наши разборки кто-нибудь из жильцов не обратил внимания.

 – Ну, говори, или говно во рту мешает.

– Гулял. – Парнишка был совсем подавлен, голову опустил, но не плакал.

Его прижали к забору детского сада. Дима несильно ударил воришку в плечо и продолжил напирать:

– Шиздишь, друг. Я сам видел, как ты в окна заглядывал. Это мой дом и недавно в одну квартиру в моём подъезде обнесли. – Дима врал нагло и уверенно. Брал на понт. – Так что ты попал.

– Я ничего не воровал… Нет.