Каракурт

– Ну с чего это вы взяли? Никто вас никуда не собирается забирать.

– Осталось два месяца и за мной приедут. Я это точно знаю.

С каждым произнесённым им словом ему становилось хуже. Голос звучал всё глуше, а кожа приобретала зеленоватый оттенок. Заметив, что дальнейшие расспросы могут нанести вред пациенту, Ольга решила прекратить разговор:

– Хорошо. Успокойтесь. Отдохнёте, придёте в норму, и мы всё обсудим.

Ольга вышла в коридор, за ней вышел и жук Сыромятников; санитар запер изолятор.

– Он не так уж и не прав, – произнёс Жук в спину уходящей Ольге.

Она развернулась всем телом словно робот и, подумав, что ослышалась, переспросила:

– Что?

– Я говорю, что Герман возможно не так уж и не прав, как вы думаете. Видите ли, в одном важном аспекте его бред тесно переплёлся с реальностью.

– Вы о чём?

– Пообщайтесь лучше с Даком, думаю, он всё объяснит.

Сыромятников кивнул и двинулся по коридору в сторону столовой. Ольга, немного постояв на месте, решила идти к заведующему за объяснениями, всё равно Дак просил посетить его кабинет после изолятора.

Вкратце объяснив суть произошедшего Даку, она попросила ей разъяснить, что имел в виду Сыромятников.

– Ничего такого особенного не происходит. Во всяком случае, ничего такого, что вы могли себе вообразить.

– И всё же мне хотелось бы знать подробности.

– Подробности знать совершенно не обязательно. Это скучно. Суть происходящего, если это вообще можно назвать происходящим, заключается в том, что примерно раз в восемь месяцев к нам приезжают военные и по ордеру, выписанному в министерстве обороны и завизированному в нашем министерстве и министерстве юстиции, забирают пациента.

– Как?

– Да ничего удивительного в этом нет. И уж, конечно, никаких опытов над ними военные не проводят, как вы себе, я вижу, успели вообразить. Военные в основном забирают, так сказать, своих. Свихнувшихся ветеранов боевых действий, заболевших душой солдат-дезертиров, военных преступников. Есть там у них такое внутреннее распоряжении, чтобы всех своих лечили в военных госпиталях.

Действуют их врачи по аналогии с военной полицией, судами и тому подобными структурами. Армия – это же особый мир, государство в государстве. Так что вашему Шавыкову ничего не угрожает, ничего. Скорее уж через два месяца заберут Страхова. Он, как никак, служил. Обладает необычными способностями, потенциально может знать какие-то военные секреты. Я всё доходчиво объяснил?

– Да, – успокоившись, сказала Ольга.