Арена: Дорога смертников

Как я не старался, но мрачные мысли назойливо лезли в голову, стараясь вытеснить все то, что в ней еще оставалось хорошего и доброго.

А если я не вернусь?..

«Они хотя бы получат деньги», – мрачно отозвался внутренний голос.

Нет, к черту все это! Я вернусь! Сделаю все, чего бы мне это не стоило.

– Папа? – раздался нежный голосок младшей. – Папочка! – Дочка откинула одеяло и потянула ко мне ручонки. Я прильнул к ней, обнял. Глаза не выдержали, и слезы полились безудержным ручьем.

Теперь главное – хотя бы не всхлипнуть.

– Папа, ты плачешь? – спросила младшая. – Тебе больно?

– Нет, моя хорошая, просто… просто… – я не мог найти слов, не знал, как объяснить четырехлетней дочери, почему ее отец, прежде ни разу не проронивший слезинки, рыдает как ребенок. – В глаз что-то попало.

– Ты завтра уезжаешь, да? Но ведь это ненадолго? – спросила она.

– Да, – кивнул я. – Я думаю, да.

– А ты привезешь нам что-нибудь вкусненькое?

– Конечно, – улыбнулся я.

– Хорошо, пап, – сказала дочка и снова натянула одеяло до носа.

Я отошел от кровати.

– Па-ап, – раздалась снизу. Старшая, как оказалось, тоже не спала.

– Привет, – я наклонился к ней. – А ты почему не спишь?

– Думаю, – ответила старшая. И несмотря на то, что ей было всего шесть лет, глаза ее были по-взрослому серьезные.

– Ты с этим делом завязывай. Думать нужно днем, а ночью – спать.

– Я не могу уснуть. Думаю, как же мы будем без тебя. И уже начала скучать.

– Ты моя девочка! – Я прижал ее к себе и поцеловал в лоб. – Все будет хорошо. А теперь все, засыпай.

Дочка кивнула, но по взгляду я понял, что совершенно ее не убедил. Подтянул одеяло, погладил по волосам и выпрямился. Еще раз поглядел на младшую и аккуратно поцеловал ее в щеку. Постоял с четверть минуты, вздохнул и медленно направился к выходу.

– Па-ап, – снова раздался тихий голос старшей.

Я замер и обернулся.

– Пообещай, что обязательно вернешься. Пожалуйста!

Ответил я не сразу. Черные мысли, как злобные пауки, обвили мое сознание паутиной сомнения.

– Я вернусь. Обещаю! – выдавил все же из себя, очень надеясь, что сказанное прозвучало более-менее уверенно.

Дочка удовлетворенно улыбнулась и закрыла глаза.

Я вышел из комнаты и медленно побрел по коридору. В глазах стояли колючие, тяжелые слезы.

* * *

Я резко распахнул глаза.