Пароход

 – Мы к старику по делу. Нам нужны крепкие паспорта.

– Сейчас позову его, – сказала та и на кривеньких коротких ножонках шустро убежала за бордовую бархатную ширму.

– Располагайтесь, мсье, – пригласил Алябьева Дюран, сам усаживаясь на диване. – Старик Бланкар в отличие от своей маленькой жены не любит торопиться. А Кукла вечно бегом.

Теперь Сергею Сергеевичу стало понятно, почему у каменной лестницы, ведущей в этот подвал такие узкие и маленькие ступеньки – наверняка сделаны под ноги карлицы Джули. Минут через восемь-десять ширма отодвинулась, и в комнату зашёл сгорбленный старик с седыми волосами до плеч и в прекрасно пошитом чёрном костюме.

– А-а-а… – проскрипел старик, протягивая Тибо руку. – Наконец-то появился…

– Дела были, – поспешил оправдаться Тибо, принимая рукопожатие.

– Вот-вот… Дела… – недовольно пробурчал старик, теперь протягивая руку Алябьеву. – Вы все вспоминаете обо мне, только когда у вас под задницами адское пламя загорится.

– Не обижайся, Ренард, – миролюбиво предложил Тибо.

– Что ж не в Америку? – улыбнулся старик, приглашая своих гостей за ширму.

Здесь находилась фотолаборатория, чем-то схожая с фотолабораторией Дюпре Пти, но выглядела она намного богаче: всё казалось в ней новым, только-только купленным. И ещё в лаборатории была крутая лестница, ведущая из подвала на первый этаж. После того, как старик сфотографировал Тибо и Сергея Сергеевича, с лестницы, выбивая вальдшнепиную дробь каблучками, буквально скатилась карлица Джули с подносом.

– Ты когда-нибудь расшибёшься, Кукла, – недовольно проворчал старик. – Так бегаешь!..

– Не кряхти, – весело отозвалась та. – Иди лучше, занимайся своими делами.

Мсье Бланкар вопросительно взглянул на бутылку с коньяком, но его жена-коротышка сложила из своих маленьких детских пальчиков кукиш, смотревшийся крайне уморительно, и показала его мужу, сказав при этом:

– Тебе нельзя, так что забудь.

Старик вздохнул и поплёлся по лестнице наверх, а Джули, Дюран и Алябьев вернулись в комнату с шикарной дорогой мебелью, где за обычным бытовым разговором они вскоре прикончили и коньяк, и шоколад.

На прощанье Джули сказала Тибо:

– Послезавтра утром ваши паспорта будут готовы.