Пароход

Достать мне их удалось раньше срока, – Алябьев передал Тибо четыреста франков и взглянул на свои часы: – Если вы управитесь до обеда, то после него нам нужно ещё раз встретиться и совершить небольшую прогулку. Например, давайте встретимся в 14.00. Вас устраивает?

– Устраивает.

– В каком месте Парижа вас знают меньше всего?

– В Монпарнасе на левом берегу Сены меня в лицо точно не знают. Там, видите ли, живёт творческая интеллигенция, а я, хотя и грабитель, но не хочу отбирать у кинематографистов, художников и писателей.

Я предпочитаю чистить людей другого сорта.

– Хорошо. Второй вопрос: насколько вы дружны с полицией, и есть ли среди полицейских люди, способные продать вас за хорошие деньги тем, кто вами вдруг заинтересуется?

– Флики, разумеется, зуб на меня имеют, хотя замечу, что официально я ни по каким делам никогда не проходил, а если где-то и засветился, то только на уровне слухов. Кто из них может продать меня за хорошие деньги? – Тибо-Колотушка пожал плечами, и уже не обзывая стражей порядка, жаргонным словом рассудил: – Полицейские – они тоже люди.

Тут вопрос в том, сколько дадут. Но опять же замечу: и среди них есть те, кто сразу же сообщит мне или моим друзьям о том, что я нахожусь в чьём-то интересе, а этот интерес, как я догадываюсь, будет исходить от господина Тетерина. – Он улыбнулся и подвёл черту под своим ответом: – Не сомневайтесь, меня вовремя предупредят.

– И это замечательно, – кивнул Алябьев, а Тибо снова улыбнулся и сказал: – Предвидя ваш третий вопрос, доложу: и документами на чужое имя я тоже располагаю.

Какое больше всего вам нравится: Арман Бонне или Жирард Руже?

– Арман Бонне, – выбрал Сергей Сергеевич. – Оно звучит жёстче.

Да и правда: Жирард Руже – это как метлой по глубокой луже, разлёгшейся на мостовой – одно звучное шарканье: «Ж-рад! Р-уж! Ж-рад! Р-уж!» Машешь-машешь, гонишь-гонишь, а водяная грязь, подавшись от взмаха на ближайшие камушки, всё равно норовит скатиться назад в свою ямку.

– Принимается! – согласился Тибо.

– Тогда вот что! – определил Алябьев: – Оденьтесь как можно проще, соберите скромный скарб и приготовьтесь ближайшие неделю-две прожить в трудах праведных, в бедности и одиночестве на съёмной квартире на левом берегу Сены.

И всё это время вы будете немым – это самое главное условие.

– К бедности и одиночеству мне не привыкать. Всё?

– Поскольку вы не задаёте лишних вопросов, я убеждаюсь в том, что не ошибся в вас, поэтому поясню, зачем нужен весь этот маскарад.