Пароход

– Перед своей спортивной карьерой он работал в мясной лавке, – пояснил мсье Мартен и повторил: – Не честно! Недаром он и умер молодым, и якобы от менингита!

И домовладелец поведал Алябьеву, что однажды ле Буше нанял бандитов для того, чтобы они расправились с Поддубным, но Иван Максимович попросту раскидал их как щенков – ведь кто он, а кто они?! Хотя «заказ» бандиты не выполнили, они всё же потребовали с Рауля Мюссона деньги, однако тот отказался им платить, за что и получил дубиной по голове, по официальной версии полиции, умерев «от менингита».

Рассказ кругленького буржуа накинул на Сергея Сергеевича грустные мысли: видимо, ле Буше, так же как и Жак Виньон, серьёзно не оценил ситуацию. Видимо, этот недостаток – недооценивать в драке более слабого соперника, присущ большинству физически сильных людей. И от этого рассуждения Алябьеву подумалось: «Вот и Российская империя в своё время революционеров недооценила, а эти вшивчики вкупе с жидами взяли да и натворили дел… И ещё натворят – дай срок!»

Мартен меж тем уже по-деловому поинтересовался:

– Так как же с моим предложением, мсье Алябеф? Хотя бы в свободное от вашей работы время? Думаю, что это не составит для вас особого труда.

В моём доме на Лепик спокойно, и лишь иногда возникают некоторые… э-э-э… неудобные ситуации.

– Мсье Мартен, уточните: роль кого вы мне всё-таки предлагаете?

– Роль того, на кого моя дочь сможет смело положиться, если вдруг опять возникнут те самые ситуации. Например, в начале апреля один жилец, расставшись со своей женщиной, изрядно выпил и устроил в комнате погром.

Пока Лилиан – так зовут мою дочь – вызвала полицию, он развязал драку в коридоре второго этажа. Конечно же, он за всё ответил, но я полагаю, что подобные дикие выходки следует пресекать в самом зародыше, не нанося урона репутации моего дома, ибо в тот раз полицейские изволили появиться только к утру, и я посчитал нужным пожаловаться на это комиссару Жаккару.

– И как? Удачно? – в вопросе Сергея Сергеевича прозвучала маленькая язвочка.

– Передо мной извинились, – сдержанно ответил домовладелец, дёрнув щекой.

– И то хорошо, – знающе ответил Алябьев, и поинтересовался: – Кем же работает ваша дочь в вашем доходном доме?

– Она им управляет, – не без отцовской гордости ответил мсье Мартен, и потом словно перед начальством отчитался: – В её подчинении консьержка и дворник. Он же истопник и слесарь. В моём доме 16 квартир и 26 комнат.