Игра отражений

– Что-то случилось?

– Ты не сможешь заехать на “Коммунальный рынок” и купить домашнюю курицу.

– О, нас ждет царский обед?– подколол я любимую.

– А то!

Я с сожалением посмотрел на улицу, где уже виднелась крыша моего двухэтажного дома и с неподдельной грустью в голосе согласился.

– Конечно, смогу.

– Хорошо, тогда ждем тебя к ужину.

– Еще бы! А мне теперь тащится в другой район,– поворчал немного я про себя, пряча телефон обратно в карман. Легкие ботиночки на тонкой подошве промерзли, ноги ощутимо покалывало, но я поплелся на остановку.

Судя по количеству людей, пришедшая мне в голову мысль, взять такси, оказалась не самой глупой, но спас всех страждущих и мучающихся от холода тихоход – троллейбус. Активно работая локтями, я протиснулся в середину, уперевшись в спину крепкому мужичне средних лет, а сзади меня подперла широкобедрая с двумя хозяйственными сумками женщина. Я немного поерзал, устраиваясь поудобнее. В час пик в Харькове плюс один: ни в маршрутке, ни в каком-либо другом общественном транспорте ты не упадешь, даже если не будешь держаться.

Клубок самых разных запахов, дыхание усталых, едущих с работы людей, начали тоскливо мне напоминать о оставленном на остановке свежем ветре.

– Вы выходите?– спросила меня девушка в наушниках позади.Я отрицательно покачал головой, и вот тут-то началось самое интересное. Широкоплечая кряхтела, но вжималась в людей на сиденьях. Мужик как мог втянул живот, а я счастливо разминулся с молоденькой меломанкой.

Окна троллейбуса запотели, и я смог определить свою остановку лишь заметив в закрывающейся двери супермаркет и нужный мне рынок

– Остановите…– нерешительно промямлил я, но в общем шуме и гаме водитель меня вряд ли услышал, да если и расслышал, то не стал из-за одного необязательного пассажира тормозить троллейбус.

Пришлось топать еще и одну остановку пешком. Настроение испортилось окончательно. Уже не хотелось ни курицы, ни царского ужина…

Коммунальный рынок кажется не работает только после полуночи.

Когда бы я там не появился , возле палаток всегда прохаживаются крепко сбитые дородные женщины летом в черных солнцезащитных очках, а зимой в “дутиках”, смастеренных трудолюбивыми вьетнамцами в общагах недалеко от моего дома.

– Джинсики подбираем, молодой человек!– кинулась одна из них мне наперерез. Я покачал головой, уворачиваясь еще от одной, предлагающей какие-то шапки. Да, шапка мне бы сейчас не помешала.

Людей на рынке было немного.