Случайная встреча в Париже

У его старшего брата Тео и у сестры были семьи, кто-то ожидал пополнения, Димитрис начинал терять связь с ними…

Он не любил погружаться в угнетающие мысли, так что снова обратил внимание на блондинку, которая угрожала счастью Адары. Нужно было убедиться, что она и Гидеон не зайдут дальше того, что он видел.

– Это событие отмечено у меня в календаре. Постараюсь быть. – Димитрис снисходительно улыбнулся.

Гидеон невозмутимо скрестил руки на груди.

– Что может отвлечь тебя?

Принимая во внимание то, что Гидеон стал членом их семьи лишь несколько лет назад, было бесполезно объяснять ему, почему все эти праздники, которые устраивала Адара, действовали Димитрису на нервы.

– Сделаю все, что от меня зависит, – не моргнув глазом, соврал он.

– Правда? – Казалось, Гидеон научился видеть его насквозь.

Это было одной из причин, по которым Димитрису не нравилось бывать на семейных сборищах. Всегда одни и те же вопросы: «Что ты собираешься делать дальше со своей жизнью? Не хочешь подержать племянника? Правда, он милый? Когда ты прекратишь гоняться за юбками и остепенишься?»

По всей видимости, взгляд Димитриса стал соответствующим, потому что Гидеон решил больше не тратить драгоценное время на нерадивого родственника и, натянуто улыбнувшись, ушел.

Димитрис с презрением подумал, что его недооценивают. Он пошел навстречу семье и занял место Адары в бизнесе, когда сестра забеременела. У него самого не было желания жениться. К тому же он знал, что отец из него получится никудышный.

Раздраженный мужчина посмотрел на итальянку с большими влажными глазами – как у спаниеля, которого оставили за дверями магазина. Секс сейчас пришелся бы к месту, это лучший релаксант из всех, что он испробовал. Но Димитрис понял, что утратил всякое желание вести эту женщину наверх, в номер. Перед его глазами стояла блондинка с заразительным смехом.

Возможно, не стоило устраивать из-за нее перебранку с Гидеоном, но он все так же страстно желал узнать, кто она такая.

Он делал все возможное, чтобы не переходить черту. Будучи сыном своего отца, Димитрис прекрасно понимал, к чему может привести агрессия.