Награда плейбою из Майями

Воротник ее шелковой блузки был расстегнут, открывая взору медово-золотистую верхнюю часть груди, не украшенную ни цепочкой, ни медальоном.

Будучи аналитиком, он заметил, что у нее не слишком дорогая одежда по сравнению с его сшитым на заказ костюмом и итальянскими ботинками. Ему тридцать пять, а ей на семь-восемь лет меньше. Она профессионал, но не в консервативной сфере вроде банковского дела. Она занимается творчеством, учитывая ее прическу: густые черные волосы были разделены на пробор и заплетены в косу от одного уха вокруг затылка до другого уха, волнистые концы косы оставались распущенными.

Она знает толк во внешности и в том, что такой стиль привлекает внимание к деталям. Сложный макияж подчеркивал черты ее лица: бронзовые тени на веках, игривые кошачьи стрелки в уголках глаз. Безупречный золотистый, почти оливковый цвет лица. Едва заметная горбинка на носу, волевой, но очень женственный подбородок. Ярко-красная губная помада была такой блестящей, что ее губы казались влажными от поцелуев.

Положив что-то в сумочку, она подняла на Эверетта глаза оттенка темного шоколада и взглянула на него с интересом. Ему часто говорили, что он красивый, холеный и прекрасно одевается. Незнакомка была яркой и симпатичной, и между ними сразу пробежала сексуальная искра.

Он заметил, как женщина сглотнула. И округлила глаза, нерешительно разглядывая его плечи, грудь, живот, ноги и начищенные ботинки. Когда ее взгляд вернулся к его лицу, он почувствовал восхитительное возбуждение.

– Доброе утро! – поздоровался он.

– Доброе утро! – ответила она с легкой хрипотцой.

Он не понимал, то ли это ее естественный голос, то ли она сильно разволновалась. Она посмотрела на свои колени, где лежали ее сцепленные пальцы.

Свежее впечатление поразило его, как пощечина. Женщина была напряженной, уязвимой, растерянной и таинственной. Волосы на его затылке приподнялись, он почувствовал опасность. Чутье не раз помогало ему и другим оставаться в живых.

Он отмахнулся от воспоминаний и сосредоточился на настоящем моменте. Нельзя терять бдительность, иначе проиграешь и погибнешь. Однако вожделение усиливало его страсть к интригам и риску. Но он приказал себе игнорировать незнакомку и успокоиться.

– Принести вам шампанского? Коктейль? – Бортпроводница взяла у Эверетта пиджак.

– Мне ничего не надо, спасибо, – чувственно произнесла Бьянка.