Светлая книга: Ученик паладина

Слезы жгли лицо, словно огонь бежал по щекам. Бессилие и ненависть. Я твердил, что Тени убили моего наставника, что зло должно быть наказано, молил о помощи…

Рыцарь был непреклонен. Он стоял на коленях, сдерживая мои рыдания, и смотрел в темноту леса. Я видел, как горел костер, слышал, как что-то бормотал во сне Шерон. Ощущал сквозь железный панцирь дыхание белого рыцаря, чье сердце утратило свой огонь.

– Я лишь дух, Элидар. Дух, однажды проклятый колдуном этого культа, – шепчет рыцарь. – Никогда не верь колдунам.

Глаза мои закрываются, я слышу шелест крыльев.

К утру рыцарь исчез. Не осталось ничего, что подтвердило бы его существование, – ничего, кроме белоснежного пера на замерзшей земле.

Глава 8

Час, когда солнце слабеет, а земля охладевает к жизни, – опасное время для путника. Еще не пришли ледяные снега, не видно холодных следов, но морозы докучают изрядно. Вы чувствуете это дыхание? Прячьтесь в свои дома, запасайтесь пищей.

    Сказитель в таверне

– Есть хочу, это же ужас какой-то! – разбудил меня возглас мага. – Столько времени прошло, а во рту ни крохи.

Я нехотя открыл глаза, плохо понимая, где нахожусь. С трудом пошевелил окоченевшими пальцами.

– На меня снизошло озарение, Эл! – продолжал тараторить Шерон. – Хватит спать! Я знаю, где деревня, мы не умрем!

Я пристально посмотрел на мага.

– Ты ничего не помнишь? – с удивлением спросил я, отряхиваясь от едва заметных льдинок. Походная одежда не спасала от мороза.

Шерон замялся:

– Если ты спрашиваешь, слышал ли я, как ты рыдал во сне, то я ничего не слышал, будь спокоен.

Похлопав меня по плечу, он ускорил шаг.

Я с сомнением покачал головой.

– И с чего это ты вдруг так рвешься в деревню? – спросил я, на ходу пиная небольшой камень.

– Это мой билет в город, друг. Так ведь, паладин? – весело произнес маг. Настроение у него было непривычно хорошее.

– Я доведу тебя до города, – серьезно ответил я. – Все, как и договаривались.

Маг замахал руками, распугивая стайку птиц.

– Все ягоды съели, – пробурчал он, глядя на опустевший куст.

– Что ты делал в том лагере, Шерон? – внезапно спросил я.