Хроники лечебницы

Она давай тебе упаковка.

– Я выскажу твое предложение моим людям. Как мне связаться с тобой?

– Я звоню тебе. Я должна знать твой ответ раньше, чем Америка вторгайся в Ирак. После этого будет трудно. И еще одно. Ты приручил Рэйвен?

– Я приучаю ее к нашим взглядам.

– Стокгольмский контроль разума?

Он улыбнулся.

– Рэйвен теперь ненавидит Америку не меньше, чем мы.

– С ней нельзя быть уверен. В лечебнице я ухаживай за ней во время обострений шизофрении. Режет себя. Боится быть одна.

Суицид. Фобии высоты и огня. Ты можешь думать, что можешь промыть ей мозги, но доктор Слэйд внушил ей под гипнозом забыть послание Тедеску.

– Ты была там. Что ты узнала?

– Тедеску велел ей говорить по памяти. Это были загадки.

– Мой отец говорил, товарищ Тедеску всегда считал себя пророком, вроде Нострадамуса.

– Только Тедеску не предсказывать будущее, – сказала она. – Он создавать его.

В этом как будто был смысл.

– Но Нострадамус делал свои пророчества туманными, потому что боялся инквизиции.

Зачем Тедеску делать что-то подобное в наше время?

– Он не доверял ЦРУ. Перед тем как он умер, я слышала только две строки, который Рэйвен читать вслух: «В башне на семи ветрах безликая богиня устремила в будущее взор. И, зверея царственно, она терзает всех и каждого, точно мясник». Эти образы что-то значат для тебя?

– Нет.

– Тогда это загадки, которые надо решить. Пытайся вытянуть из нее остальное. Если ты не сможешь, я возьму ее в Ашраф.

Я была медсестра с доктор Слэйд и знаю, как иметь дело с такой разум, как ее. Оставь ее с нами недолго, и ты узнаешь, она за тебя или нет.

– Я обсужу это с товарищами и сообщу тебе.

Фатима встала, и подвеска с полумесяцем снова выскользнула из-за края блузки. Уверенно пройдя между шумными столиками, она села в такси.

Поехать за ней? Ни к чему. Она свяжется с ним. Только одно его беспокоило. Он слышал, что МЕК – это не просто террористическое ополчение исламистов-марксистов, а культ, возглавляемый оголтелыми феминистками.

Он позволит майору Фатиме раздать карты, но будет бдительно следить за колодой в ее бывалых руках.

Оплатив счет, он вышел через переулок к своему «Харлею». Трогаясь с места, он внимательно огляделся. Но зачем? Она уже знала, где их хата.

Фатима сказала, что пациентки вроде Рэйвен не выносят оставаться одни. Склонны к членовредительству и суициду.