РЕЙС в НИКУДА

Не будет жертвы, они не простят и позже возьмут больше.

– Опять эта белиберда, – разочарованно отвернулся Лебедь, снова беря в руки обломок латерита.

Совсем стемнело. Громко звенели цикады, а над костром плясала мошкара да иногда мелькали мохнатые ночные бабочки и бесшумными тенями проносились летучие мыши. На реке сонно перекликались гуси. Агора, свернувшись калачиком, спала возле огня, положив голову на сложенные ладошки и только неизменные косички торчали в стороны. Невдалеке, почти невидимый за костром, сидел Мугави, а в палатке поразительно громко храпел Мишка.

– Надо же, сам маленький, а храпит как хороший медведь! – подивился Лебедь. – Пойду, отолью.

Я задремал и его слова услышал уже в полусне. Коля прошел за палатку и уставился в бездонное бархатно- черное небо, усыпанное крупными яркими звездами.

«И что люди находят любопытного, разглядывая звезды? Не понимаю! Надо же, ни одного знакомого созвездия, – огорчился он и покачал головой. – Были бы это алмазы! Бери, не хочу!» Он посмотрел на блестевший в свете месяца порошок, насыпанный вокруг лагеря.

«Вот интересно, выйду я за этот дебильный круг и что? Суслики корнеплодами закидают или грифы заклюют? А может духи африканок соблазнят? Ну, натуральный бред! Он сделал несколько шагов, переступил круг и остановился. Легкий теплый ветерок ласково обдувал лицо, отгоняя мошкару. На реке кто-то негромко плескался, оглушительно звенели цикады, да ухала какая то ночная птица.

«Ну и что? Это все?», – ухмыльнулся Николай, прошел еще несколько шагов, расстегнул ширинку и пустил струю в ближайшую норку, чернеющую в слабом свете.

«Нефиг тебе спать, друг суслик. Подъем, потоп пришел!» – Лебедь зевнул и посмотрел в сторону реки. Словно пятно мрака неожиданно сгустилось перед ним, и там блеснули яркие желтые глаза. Коля замер с открытым ртом и расстегнутой ширинкой, затаив дыхание и с ужасом глядя на выросшее, как из-под земли, чудовище. В ту же секунду зверь прыгнул, и мощные клыки сомкнулись на его плече, ломая кости. Лебедь слабо вскрикнул и потерял сознание.

Я подскочил, словно подброшенный пружиной. Рядом с длинной палкой в руках стоял Мугави, напряженно вглядываясь в темноту, сгустившуюся за костром.

– Лебедь где?! – выкрикнул я, оглядывая стоянку.

«Черт, он же отлить хотел», – вспомнил я слова Коли и кинулся в темноту, а за мной, тенью метнулся Мугави. «Небось, еще за круг поперся дурак!» – подумал я, перепрыгивая блестящую дорожку.