Сказ о наёмнике, деве и драконе

Глава 7

Остановившись у трактира, я долго размышлял. Кошель приветливо звякнул, и я не смог сдержать улыбки. У меня был целый день на подготовку, а ничто не готовит лучше выпивки. Никогда трезвый не сойдет за пьяного, а пьяный всякий раз прикидывается трезвым, пробираясь домой мимо жены. Таким мыслям я предавался, глядя в мутное окно трактира. К несчастью для винного духа, я разглядел свое отражение. На меня пялилась небритая рожа, не спавшая уже которую ночь, с покрасневшим, как от холода, носом и синеющим под глазом пятном.

День шел за полдень, солнце давно разбудило город, и на улице воцарилась привычная суета. Цирюльник, выслушав мой чудной рассказ, не поверил ни единому слову. При упоминании о том, что я княжеский вассал, он непочтительно рассмеялся, но золота взял подозрительно много. Посмотрев на свои труды, цирюльник довольно закивал.

Глядя в зеркало, я с сомнением оценивал свой облик. Рожа никуда не ушла, но стала приветливее и приобрела лербову долю обаяния. Увидела бы меня сейчас Анника, точно б не узнала. Однако начистить рыло трактирщику в таком виде было бы жалко.

Хитрый ремесленник, незаметно подкравшись, вылил на мою голову какое-то снадобье. В нос ударил приятный, но резкий запах – такой сильный, что я поморщился. Сохраняя самообладание и только грозно посмотрев на него, когда тот попросил золотую монету, я попрощался с рожей в зеркале и ушел прочь.

«Теперь пора заняться серьезными делами», – подумал я. Кошелек и не думал пустеть. Впереди меня ждали бронник и оружейник. «Поход будет не из легких, – вспомнил я слова советника. – Добротное снаряжение не помешает». Припасы тоже лишними не будут – князь нас кормить не станет. Незаметно для краснолицей торговки я подобрал зеленое яблоко, и оно поспешно укатилось в дорожную сумку.

Оправив волосы, я продолжил свой путь. Несколько пьяниц у трактира пристально следили за мной.

– Гляди-ка, ты тоже сапоги пропил. – Услышал я смешок. – А он и рубаху еще.

Покачав головой, я вошел в лавку бронника. Колокольчик на двери зазвенел, и я в нерешительности остановился. Мастер мирно храпел за стойкой. Возле него стояла недопитая кружка и лежал ломоть хлеба. Разбуженный звуком, он не спеша поднялся, почесал затылок и отпил из кружки. Я надеялся, что плоды его трудов выглядят лучше, чем он сам.