Точка обмана

К сожалению, вместе с политической прозорливостью выработался и ледяной темперамент.

Как правило, люди выдерживали общение с ней не дольше десяти минут. Природа наградила Марджори Тенч всеми свойствами самого совершенного, мощного компьютера, в том числе его эмоциональностью и душевной теплотой. Однако президент Зак Харни с легкостью выносил характер этой дамы. Ведь это именно ее интеллект и работоспособность привели его к власти.

– Марджори! – Президент встал, чтобы поприветствовать входящую в Овальный кабинет даму.

 – Чем могу помочь?

Он не предложил ей присесть. Общепринятые нормы вежливости теряли свою актуальность в присутствии особ, подобных Марджори Тенч. Если Тенч желала сесть, то она и без всякого приглашения прекрасно могла это сделать.

– Насколько я поняла, сегодня в четыре часа вы собираете пресс-конференцию для сотрудников. – Прокуренный голос ее звучал хрипло. – Это превосходно.

Тенч мгновение помолчала, и президент почувствовал, как работает механизм ее компьютера.

Он испытывал к ней искреннюю признательность. Среди сотрудников аппарата Белого дома Марджори Тенч была одной из тех немногих избранных, кто находился в курсе новейших разработок НАСА, в том числе и последнего открытия. Ее политическая интуиция помогала президенту принимать решения и разрабатывать стратегию.

– Дебаты на Си-эн-эн сегодня в час, – кашлянув, заметила советница. – Кого мы пошлем на спарринг с Секстоном?

Харни улыбнулся:

– Кого-нибудь из младших сотрудников, участвующих в избирательной кампании.

Прием целенаправленного унижения соперника стар, как сама практика политических дебатов. Противнику просто подсовывают для «отстрела» самую мелкую дичь.

– Есть идея получше, – заметила Тенч, заглядывая своими невыразительными глазами в глаза президента. – Позвольте мне самой туда отправиться.

Зак Харни непроизвольно вскинул голову:

– Вы? – О чем, интересно, она думает? – Марджори, но ведь общение с прессой не входит в ваши обязанности. А кроме того, это дневное шоу для кабельного телевидения.

И если я отправлю своего старшего советника участвовать в нем, то какое впечатление это произведет? Все решат, что мы запаниковали.

– Совершенно верно.

Харни внимательно посмотрел на советника. Какую бы сложную схему она ни придумала, он ни за что не позволит ей принять участие в дебатах на Си-эн-эн. Каждый, кто хоть раз видел эту умнейшую даму собственными глазами, знал, почему она работает за кулисами.