Иночим великанов. Апокрифы Мирадении

Мимо него проторила слезно трескучая телега, с косматым седовласым стариком на козлах, что прежде была под завязку набита товарами, а теперь там, как и ранее дремала лишь его дочь, или внучка, коя при свете была уже более живой от легкого румянца.

Клайд уже уловил, что все ждут его и скривил скуластое лицо. Первой к нему подоспела рачительная слуга. Она тут же с почтением протянула ему схороненный меч, и он без долгих праздных слов подвязал ножны под правое бедро, и одобрительно кивнул ей щетинистым подбородком, а затем все же показал смятение своё гурьбе.

Только тогда Джоаль понял, что немного немало за ночь, уже попривык к горбу на спине, виде походного вьюка следопыта, который ему надоумил взять собственный нетерпеж.

Подошедший Безродный, без лишних слов принял, свою ношу лишив бремени нанимателя, и, обернувшись к застывшему барону, и сделав нарочитый реверанс на его благоговейное ожидание, уже собирался уйти, когда проглотивший было язык Нуйд запротестовал.

– Прощу, повремените! Уделите мне минутку, поколе солдатам вернут оружие, и компенсацию, в виде отборной походной снеди, – все это он говорил не титулованному Виконту Майзы, а именно следопыту, которому по хорошему было не до него, и тем более до оружия солдат.

Но разумно рассудив, он, поскрипев зубами, вымученно кивнув, согласился.

В пору, как солдаты в черном и с синими плащами, растянуто медленно приносили группе дары, Безродный уделил барону ровным счетом две минуты отдалившись с ним на веранде, но тот будто засиял новыми красками с румянцем на круглых щеках.

И казалось готов испустить поистине детский лепет, если бы Клайд, столковавшись, остался с ним на трапезу, продолжая расчехлять свои истории, многими искаженные в россказни.

Но как не растягивай они момент как клубок, он все же истощился, и все было собранно и группа, подобрав поклажу и привнесенный провиант, начала исходить. Клайд откуда-то принес колчан и лук с небольшую пенулу, и тут же вручил все Рибе. Та как привыкшая к подобному орудию, спокойно подобрала его, и, стянув перевязь ремня колчана по выпирающую грудь, сделала крест, приложив к противоблошному плечу верхушку плеч лука, а натянутую тетиву пустила меж грудей, как и перевязь, поверх маленького плаща хламиды со свободным откидным капюшоном.

Группа была готова, и они по напутствию ведущего вышли из западного исхода Ренкора, под чувственный провожающий взгляд благоговейного барона, оставшегося в тени. Но не только он следил за ними.