12 часов

Он накатывал волнами со стороны моря. Вся водная гладь покрывалась льдом. Мерзлота приближалась и со стороны неба. Всё пространство вокруг буквально сковывалось прозрачными кристаллами.

Алекс вскочил на ноги. С ужасом он наблюдал, как лёд приближается к нему. Остались только это кафе и он – единственные источники тепла. Но и это всего лишь на несколько мгновений.

Алекс закрыл глаза.

Скоро этот вечный холод заберёт его к себе. Сделает своим верным рабом, лишая эмоций и чувств.

– Ну что же, – прошептал Алекс.

 – Пусть лучше сердце замёрзнет и перестанет биться, чем будет пульсировать для кого-то другого, кто никогда не подарит мне такого тепла, которое дарила мне моя семья. Пусть лучше душа превратится в ледяную скалу, чем будет вечно скитаться по дорогам отчаяния, спотыкаясь о камни воспоминаний.

Вечная мерзлота уже почти коснулась его. Алекс слышал её равнодушный треск. Ощущал холод на коже. Он проникал всё глубже и глубже.

Но вдруг подул ветер.

Свежий и тёплый, он в каждой своей частичке нёс надежду.

Алекс боялся открыть глаза, не зная, что увидит. Он представлял, как тает и убегает лёд. Как жизнь снова начинает вращаться и бежать в своём обычном ритме.

Что это за ветер? Почему от него веет чем-то родным и добрым?

Алекс застонал. Но не от боли, а от прикосновения надежды.

У этого ветра было дыхание его жены. Это ощущение невозможно перепутать. И тогда Алекс решился открыть глаза.

Яркий свет обжёг зрачки. Всё сливалось в единую картину. Она то распадалась на отдельные кусочки и образы, то снова собиралась вместе.

Где-то шумели голоса. Их звуки накатывались волнами. Они убаюкивали.

Краски, наконец, стали приобретать всё более и более отчётливые контуры. Алекс не чувствовал времени. У него было ощущение, что пронеслись годы, но может прошла всего секунда? Или наоборот – столетия?

Он снова закрыл и открыл глаза. Это немного помогло: образы стали более чёткими.

Алекс почувствовал, как неожиданно сильно и быстро застучало сердце.

«Я умер? – подумал он.

 – Потому что, если – да, то я попал в Рай».

Юля склонилась над ним и гладила его по щеке, по волосам. Каждое прикосновение дарило невероятное облегчение и исцеление.

Звук возник так неожиданно, что Алекс невольно вздрогнул.

– Господи! Ты вернулся, ты вернулся, ты вернулся, – голос несомненно принадлежал его жене.

Алекс несколько раз моргнул. Следующие слова повергли его в шок:

– Ты три года был в коме, – сквозь плач услышал он Юлю.