Плохие сны

Болели ребра, а тело было как деревянная колода. Все это сильно его напугало.

В жизни иногда бывает, что предыдущие события словно стираются из головы, как будто до сегодняшнего дня ничего не было. Кажется, наука называет это провалами в памяти. Ничего подобного Пимен никогда не испытывал. До этого самого момента.

Пимен оперся на руку, присел на колени, потом с трудом поднялся, озираясь. Какое-то сумрачное помещение, стены в бугристой синей краске, какая-то лавка, как на вокзале, а еще решетки прямо перед ним, слева и справа.

Вообще же в этой довольно большой комнате решетками было выгорожено три клетки – одна из них размером примерно два на четыре метра, а еще две поменьше – один на четыре метра каждая. В одной из маленьких камер сидели четыре женщины, одетые как дешевые проститутки. Рядом, в большой – пять мужиков самого разнообразного вида и возраста, в третьей же, куда заключили Пимена, находился лишь здоровенный бугай, бритый налысо, с черной бородищей лопатой и в косухе. А в самом дальнем углу перед внушительного размера сейфом восседал за столом человек в форме.

Левый глаз как-то странно видел, словно смотрел сквозь амбразуру. Пимен потрогал лицо и сморщился. Вокруг глаза и переносицы находилось сплошное кольцо из боли. Еще были разбиты губы и голова звенела тонкой, но противной ноющей болью.

– Где, где, – злорадно произнес его сосед, – в отеле пять звезд. Добро пожаловать, гандон.

Пимен хмуро вгляделся в него:

– Ты че такой злобный, что я тебе сделал?

– А чо мне, радоваться, что ли? Не успел заехать, сразу наблевал, мне всю ночь эту дрянь нюхать было! Убирай давай! Вон дежурный тебе тряпку несет.

В замке скрежетнули ключи и до Пимена медленно стало доходить.

– Я в тюрьме что ли? Господи…

Слева тонко засмеялись. Женщины, кажется, нашли его забавным. Мужчины, напротив, смотрели выжидательно:

– Не в тюрьме, а в ИВС, – веско сказал какой-то мужик из другой камеры, одетый в стильный спортивный костюм и кроссовки, что выглядело так, как будто его арестовали прямо во время пробежки.

– ИВС? – зачем-то повторил Пимен.

– Изолятор временного содержания, – пояснил «бывалый». – Еще можешь называть КВС, то есть камера временного содержания, или, если не нравится, КПЗ, значит, камера предварительного заключения.

Кажется, мужик был, что называется, «в теме». Немного позднее выяснилось, что его зовут Кирилл или просто Кир. Его подозревали в карманной краже.