Запертый

– Закроем дело, – кивнул я, протягивая руку и забирая сначала деньги, а затем фонарь.

Все это время я с холодной задумчивостью смотрел в глаза Роппа, и… тот дрогнул, вильнул взглядом, уставился в стену. На его лице отчетливо читалось искреннейшее недоумение, и он явно боролся с желанием дать самому себе пощечину.

Я его понимал. Звучит как бред сумасшедшего – трусливый чмошник Амадей вдруг начал качать свои права. Вдруг ответил ударом на удар…

– Да, – кивнул я и, придвинувшись еще ближе к уху Роппа, прошептал: – Я еще подумаю, рыбья ты падаль.

Я еще подумаю, не убить ли тебя где-нибудь в темном углу…

Его рука запоздала упала на экран сурвпада – собрался врубить запись, но опоздал и лишь вздрогнул испуганно, а затем, спохватившись, с привычной умелостью зло нахмурился, набычился.

– Нет, Ропп, – я с усмешкой покачал головой. – Нет. Поздно. Я уже понял, что ты не мужик. Ты не сурвер! Ты говно!

– Эй! – между нами вклинилась патрульная, спохватившаяся, что давно потеряла инициативу, а тут еще и начальник уже подходит.

 – Раз все уладили миром – предлагаю записать ваши обоюдные извинения, парни. И на этом закроем конфликт раз и навсегда – как и положено у сурверов Хуракана! Да?

– Да, м-э-эм… – с неумелой брутальностью протянул я. – Включите запись, офицеры. Сурвер Ропп желает сделать искреннее заявление…

Когда на экранах сурвпадов патрульных зажглись красные квадраты, Ропп, скрипнув зубами, заговорил. Он не улыбался – сурвпады сейчас записывают только аудио, так что он мог сохранять свое искреннее выражение лица, и на нем отчетливо отражалось злобное обещание жестоко отомстить.

Это понимал не только я – понимали и патрульные, но им не с руки связываться с кластером Роппа. Его большая и мощная группа имеет немалое влияние на нашем этаже.

* * *

– Мне конец, – задыхаясь, пробормотал я, привалившись к бетонной стене с рисунком величественной заснеженной горы. – Мне конец. Они убьют меня… вот дерьмо…

Что я наделал?!

– С-сука – выдохнул я и, скользнув плечом по стене, побежал дальше.

– Амос!

Споткнувшись и едва не упав, я остановился и заглянул в нишу-закуток в стене, где раньше был установлен торговый автомат, выдававший подслащенную газированную воду. Автомат давно исчерпал свой ресурс, и девять лет назад его демонтировали, отправив на запчасти. А освободившуюся нишу облюбовал Культ, устроив здесь дорожную молельню и гадальню.