Второй Великий Катаклизм

Пока шла невидимая взору процедура, мы продолжали светскую беседу:

– Ты сейчас куда?

– В Тишку – не раздумывая ответил я – Скоро и туда пара булыжников с Зарграада прилетит. Меня аж качает. Выспаться бы.

– Орбит как там?

– О РУМО-РАНО! – скрючился я – Шел бы ты уже, а?

– Ухожу, ухожу…

Подхватив боты позолоченные, собеседник убрался прочь и его место тут же заняла радостно улыбающаяся эльфийка с такими огромными глазами, что казалось, будто ей веки вырезал некий жестокий садист. Она уселась, что-то хотела сказать, но ее сцапала за шею огромная костистая ручища и переместила на пару метров левее.

– Извините, дедушка-великан – пискнула испуганно эльфийка и затихла, сосредоточенно шевеля пальчиками.

Я глянул на дедушка-великана с костистыми руками. И увидел недобро глядящего мускулистого старца с серой кожей, черными волосами с обильной сединой, в набедренной черной повязке и сапогах. Короче – я увидел изрядно постаревшего Конана Варвара, сквозь чью личину проглядывал знакомый скалящийся клыкастый череп.

– Росгард – прохрипел старец, опускаясь рядом подобно башне – Хвалю, хвалю…

– Аньрулл – поприветствовал я в ответ.

– О РУМО-РАНО! – заголосил колотящийся в экстазе мастер Садху, не подозревающий, что сидящий перед ним великан является богом смерти. Истинный облик Аньрулла видел только я. Или же всем присутствующим было плевать на монструозного скелета сидящего на мостовой.

Щелкнув проглядывающими сквозь призрачную плоть челюстями, Аньрулл зашевелил длинными перстами ножными.

– Хорошее пыточное умение. Вижу, набираешься ума-разума, Росгард. Хвалю. Хвалю.

Секунду подумав, я решил не просвещать Аньрулла о истинной сути данного «умения». Впрочем, сути и не существовало. Это все фантазия мастера Брама-Брама Садху, могущего быть безобидным чудаком или же хорошо маскирующимся главной некоего клана, сбрасывающего моральное напряжение. Как я сейчас.

– Столько смертей грянуло – широко-широко оскалился скелет солнцу – И сколько еще погибелей грядет! Из тебя вышел отменный жнец, Росгард. Просто отменный. Ты косишь жизни сотнями.

– Я? – пораженно выдохнул я, поразившись обвинению чуть ли не в геноциде. Хотя не обвинению – скорее похвале. Но ее я вроде тоже не заслужил.