ПереКРЕСТок одиночества – 3

Такое впечатление, что организм никак не может сообразить с чего начать регенерацию.

Потянувшись вперед, я опустил ладонь на торчащий из-под консоли управления синий рычаг и до щелчка опустил его, позволив затем вернуться обратно.

– Мы… у нас, – продолжил Зурло Канич, но вдруг запнулся и замолк ненадолго, чтобы продолжить через несколько секунд уже куда более смущенно: – Не знаю, интересны ли тебе слова усталого иноземного старика…

– Все мы люди, – покачал я головой. – Неважно, откуда ты. Неважно, как ты выглядишь и на каком языке говоришь.

Даже твои слова… не так важны, чтобы придавать им слишком много значения.

– А что тогда важно?

– Действия. И самое главное – итог этих действий, – ответил я, сквозь толстые стекла кокпита глядя на медленно ползущую навстречу снежную целину. – Говорить можно что угодно. Как и обещать. А вот пообещать и выполнить – это вызывает уважение.

– Ты свое слово держишь.

– Мы пока не добрались.

– Уверен, что…

– Не загадывай, – чуть грубовато прервал я старика, но тот не обиделся и понимающе хмыкнул:

– Как говорят у вас – чтобы не сглазить.

Не накликать.

– Не поэтому. Просто… такая слепая уверенность расслабляет. Заставляет отнестись с небрежением к делу.

– Ты удивительный человек, Охотник. Мое мнение и мои слова действительно не так важны, как мне бы порой хотелось. Я лишь старик, бредущий в потемках. А свеча моего разума уже изрядно ослабела.

– Учитывая, насколько хорошо изучен русский язык… не соглашусь, что свеча твоего разума начинает затухать…

– На изучение чего угодно у меня было сорок лет, – рассмеялся Зурло Канич.

 – Сорок неспешных размеренных лет, когда каждый час может тянуться целую вечность. На что еще тратить годы, как не на смиренное познание доступного? Мы – совокупность известного нам.

Я невольно вздрогнул, передернул под теплым свитером плечами, глухо пробормотал:

– И снова Фариа…

– Я… прошу прощения?

– Не читали? Роман «Граф Монте-Кристо».

Авантюрный приключенческий роман французского автора.

Произнеся эти слова, я взглянул на изрядно распухшую сумку с личными вещами, лежащую рядом у моей ноги. Привычкам своим я не изменил, по-прежнему не расставаясь с самым важным. В сумке прибавилось вещей. Ведь два дня назад на обратном пути от Красного Круга я обдуманно позволил себе чуть отклониться от маршрута и навестить место крушения моего тюремного креста. Хотя обдуманно ли? Нет.