ПереКРЕСТок одиночества – 4. Часть 1

Но сделал это столь спорными и жесткими методами, что и не поймешь, что теперь делать с этим убежденным сталинистом: памятник ему возводить или расстрелять посмертно.

– Расстрелять кого? – с интересом спросил подошедший Михаил Данилович, сопровождаемый высокой старушкой с подносом в руках. – Не меня ли в расход пустить собрались, друзья душевные?

– О Бушуеве речь, – пояснил Тон Тоныч, и лидер Замка тут же сморщился, как от кислого лимона:

– К-хм… вот уж не ожидал. Еще один седой покойник шевельнулся в могиле… Ну что? Поговорим об экспедиции? Как там с подготовкой, Антон?

– Ну… с подготовкой все хорошо, а вот по составу мы так и не определились после ультиматума Охотника.

– Вот да, – выглядящий чуть устало Михаил Данилович перевел вопросительный взгляд на меня. – С чего вдруг такой радикализм в требованиях?

– Чистые логика и прагматизм, – ответил я абсолютную правду. – Всем значимым персонам Замка нечего делать в моем вездеходе. Если с нами что-то случится, Бункер потеряет опытных управленцев.

– Ну…

– И что будет, если в наше отсутствие в Бункер явится не слишком дружелюбная делегация от луковианцев? Кто будет с ними вести переговоры?

– Да это все понятно, Охотник. Но и ты пойми: не так-то легко взять и послать тебя пусть не на смерть, но все же в крайне опасное путешествие.

– А придется, – спокойно ответил я, доставая из кармана куртки сложенный вчетверо лист старой бумаги. – Кто-то всегда отдает неудобные тяжелые приказы, сам оставаясь в теплом безопасном кабинете. Так было, так есть и так будет. Поэтому состав экспедиции утвержу я. Но согласен взять из Замка одного человека – желательно крепкого, умного, стойкого психически и не играющего какой-нибудь действительной весомой роли в жизни Бункера.

– А остальных?

– Только из Холла, – произнес я.

– Итого, вместе с тобой четверо?

– Верно, – кивнул я. – Хотя в сегодняшних беседах окончательно определюсь и, может, выберу пятого.

– Что ж… Жители Холла куда лучше умеют обходиться меньшим, – вздохнул Михаил Данилович, массируя лоб. – Надо признать, что за прошедшие сытые годы остальные зоны Бункера превратились в лавандовые богадельни.

– По нашей вине, – хмыкнул Тон Тоныч.