Ледяное проклятие

 – кивнул я, отпихивая от сумки с бумагами парочку излишне любопытных щупалец и доставая книгу для заметок. – Вернемся к лорду Кассиусу. Кто он вообще такой?

– Как кто, господин? Дык, в точности как вы – дворянин самый всамделишный. – шмыгнул носом Лени и посильнее закутался в одеяло. – Только он помер давно, а вы, слава Создателю, живы и здоров… и… И живы!

Покосившись на смущенно замолчавшего рыжего, Тикса пренебрежительно фыркнул:

– Главное – живой! Как домой придем, с Койном поговорить! Койн умный! Много всего знать и про лекарство для друг Корис тоже может знать! Вот!

– Угу.

– Как настоящий воин – в бою! – тотчас ответил Лени и, заметив зверское выражение моего лица, поспешно добавил: – Только это и знаю, господин – пал в битве с врагом, но успел забрать с собой самое малое две сотни вражеских солдат.

– Сколько, сколько? – переспросил я, решив, что Лени оговорился. – Ты, наверно, хотел сказать – два десятка. Да?

– Нет, господин Корис. – отрицательно мотнул головой Лени. – В легенде, что мне рассказывали, говорилось о двухстах поверженных врагах, а то и больше. Оно и неудивительно – боевой маг, как-никак!

– Знаешь, Лени, – горько усмехнулся я, – в последнее время я как-то перестал верить в правдивость древних легенд. Слишком уж часто в них все оказывается перевернуто с ног на голову.

– Больше ничего не знаю, господин. – вздохнул Лени. – В нашей деревне менестрели нечасто останавливались, все больше в вашем замке гостили, а старики изо дня в день одно и то же талдычили, какой уж тут интерес слушать по десятому разу? Хотя я слушал! Запомнил все намертво – оттого и повторил так легко.

– Ясно. – кивнул я. – Тикса, а ты?

Гном скорчил гримасу и развел руками, давая понять, что знает не больше Рыжего.

– Койн знать! Койн много сказка и легенда знать!

– Значит, тем больше причин добраться до дома поскорее. – улыбнулся я и, взглянув на медленно ползущую по ночному небосклону луну, велел: – Все, давайте-ка спать. Завтра у нас длинный день.