Инфер 9

Ближайшее к нам поселение называлось Муро Фуэрте. Оно находилось приблизительно в пятидесяти километрах от более крупного по населению городка Овентаг, являющегося районным центром. Вся территория, что находилась по направлению к нему от столицы Даррос именовалась Седьмой Ступицей или же седьмым направлением.

Как ты жопой не крути, а от централизованного управления никуда не деться, если только не страдаешь такой неизлечимой хренью, как доверие ко всем и во всём. Но такие придурки, как правило, живут недолго. Остальные же придерживаются правила: «Правь стиснутой на их яйцах железной рукой и дави сильно! – кроваво-склизкое должно сочиться, не переставая!».

Это единственный способ достичь контролируемого, долгого и устойчивого баланса.

Все почти также, как и в любом из миров-опухолей. Но все же не так… Здесь от центра старались держаться максимально далеко. Пабло поведал мне удивительную вещь – в город забирали только тех, кто реально накосячил и нуждался в постоянном, так сказать, наблюдении, пока убирает улицы от грязи.

А еще тех, кто реально там должен находиться – особо умелых медиков, к примеру. Но только не руководящее звено.

По здешним правилам любому достаточно крупному управленцу строжайше запрещалось дважды ночевать в одном и том же месте, и он постоянно кочевал из одной ключевой точки в другую. Так четыре дня назад охотничья группа встретилась на одной из главных дорог с человеком, ответственным за все мельницы и амбары южной половины Оксидара. Вот уже двенадцать лет этот бодрый старик жил в дороге, путешествуя на тяжелом фургоне вместе с женой и парой взрослых уже детей, ночуя там, где застала ночь, постоянно курсируя между мельницами и зерновыми хранилищами и общаясь со всеми причастными к мукомольному делу.

Подобная ответственная должность считалась высокой честью, но накладывала океан всевозможных ограничений – причем немало и пожизненных. Никаких посещений ресторанов, например. Полный запрет на обладание личной недвижимостью – кроме той, которую выходящий на заслуженную пенсию управленец получал во временное пользование.

И получал он что-то вроде сельского одноэтажного домика на небольшом участке, принадлежащем ему до самой смерти и смерти его жены или родителей. Затем недвижимость переходила к следующему пенсионеру. Вообще ограничений было столько, что владеющий двумя вполне сносными лачугами Пабло чуть слезу не пустил и признался, что однажды ему хотели предложить должность младшего лесничего, но у него хватило ума отказаться.