Инфер 7

Все, сука, по старой испытанной за тысячи лет модели…

– А может, это дерьмо у нас в крови, лид?

– Может и так, – согласился я. – С этим мы разберемся позже. Их условия?

– Каждый из них даст по три-четыре карты ключа. Ключи не ниже семерки. Направление выбираем мы. Выгребаем все из взрывных сундуков и доставляем сюда. Такая вот миссия…

– А в чем их уверенность, что мы не обманем? Ведь никто заранее не знает, что будет лежать в сундуке.

– Точно. И поэтому от каждой четверки с нами отправится по одному их наблюдателю.

– Охренеть…

– Это да… хитрые дерьмоеды… И за все эти хлопоты они предлагали по пятнадцать процентов содержимого каждого сундука, плюс не нам первыми выбирать. То есть они выгребут понравившиеся им восемьдесят пять процентов, а мы заберем остальное. При этом все расходы по потраченным патронам и прочим расходникам их не касаются.

– Как быстро ты послал их нахер?

– Мгновенно, команданте, мгновенно. Потом началось ожидаемое. И торговались мы почти час. Итог – тридцать процентов с каждого сундука наши, но не мы выбираем первые. Тут их уломать не удалось. Но за такие жесткие – на мой взгляд скромного лесного паренька – условия я потребовал у них пару рабочих солнечных панелей, две сотни картечных патронов, десяток гранат и двадцать коктейлей Молотова на первую миссию. Большего выторговать не сумел, хотя и пытался.

– Ага… Когда выступаем?

– В шесть утра. Время я назначил. Решил, что чем раньше…

– Все правильно, гоблин. Ты в курсе, что в этот раз остаешься здесь?

– Так точно.

– Но в следующий рейд ты со мной, – предупредил я. – И одна из твоих пока несуществующих бригад. Чтобы жопы не расслаблялись слишком сильно.

– Мне только в радость, команданте. Какое направление?

– К Садам Мутатерра и дальше в ту же сторону, – ответил я и опять повел пальцем по карте, пока не наткнулся на первую цифру «7».

– От часа до двух. Иногда раньше. Иногда позже. Нет четкого графика.

– Либо тактика… либо сбой, – пробормотал я. – Кто из этой четверки особо сильно возбухал, когда я оставил тебя, а сам ушел?

– Кон. Тот, в белой рубашке и с задранным носом. Он никак не мог успокоиться. Ему подпевала Чинеза.