Будущий король… и другие странноватые

– Хорошо!

– Называй его по имени! И не вздумай ошибиться!

– Уф-ф-ф-ф… Да чего он там вообще нарыбачит? И сколько лет будет отдавать эти пятнадцать золотых монет? Не говоря уже о сладкой выгоде…

– Тут дело не в деньгах, – усмехнулся Люц. – И мой тебе наказ, кошка: проверяй дела Черногривого регулярно. Не реже, чем раз в неделю, а лучше чаще.

– Так мы же уплываем отсюда! Как я буду мотаться?

– А это не мои проблемы, – отозвался Люц, вновь вернувшись к еде.

Но он все же убрал руку от кубка с вином – с большим сожалением! – и начал лениво перелистывать оранжевые страницы, также намереваясь изучить и финансовую вкладку.

Так вот он и завершил свой почти роскошный ужин, приговорив две бутылки вина и покачиваясь направившись к причалу, где ждал своего повелителя укрепленный плот. Но спокойно Люцериусу дойти не дали – едва он миновал пару торговых прилавков и подошел к лестнице, как из густой тени слева к нему шагнула невысокая узкоплечая фигура.

Это был мужчина: смуглый человек с густыми черными бровями и короткой черной бородой с яркими седыми прядями. Умные серые глаза смотрели без агрессии, уровень сорок шестой, зеленый мирный ник чуть подергивается подобно старым неоновым лампам, что многое подскажет опытному игроку: незнакомец не скрывал свой ник и уровень, но во со статусом у него была беда.

– Вечер добрый, – мирно улыбнулся человек, вставший на пути остановившегося полуорка и на его фоне выглядящий пигмеем. – Прошу прощения за беспокойство, господин Люцериус.

Люц промолчал, внимательно рассматривая игрока. Его тело скрыто свободно висящим плащом, на голове темный тюрбан, игровой ник – Мертвый Феллах, а корона и названия клана недвусмысленно указывают, что он является лидером клана Мрачная Мастаба.

Ничуть не смутившись тяжелым молчанием собеседника, Феллах прижал правую руку к сердцу, левую оставив скрытой в свободном рукаве и с глубоким печальным вздохом склонил голову:

– Жаль… действительно жаль… но мне придется убить тебя семь раз, полуорк Люцериус. Ты обречен на многократную смерть…

Люц молчал.