Лицемерие ангелов

– Кстати говоря, ты так и собираешься оставаться один? – деловитым тоном спросила Элли.

– О, и ты туда же, – Андрей хмыкнул. – Я с Катей совсем недавно расстался, между прочим.

– Ну и что? – фыркнула Элли. – Как будто обязательно нужно устраивать траур по неудавшимся отношениям!

– Не обязательно, конечно, так само собой получается, – отозвался Андрей.

– Само собой… в свою жизнь нужно привносить больше осознанности! – безапелляционно заявила Элли. – Ты же так легко понимаешь, что сон, а что реальность – значит, должен осознавать и другие вещи.

– Теоретически рассуждать легко, – Андрей усмехнулся. – А вот на практике увидеть, где ошибся, не так элементарно. Ну а девушек вообще понять невозможно.

– Ещё как возможно! – возразила Элли. – Это дурачки ничего не понимают, а ты не дурачок, не прикидывайся! Подумай получше, и ты сам всё поймёшь!

– Хм… Ну, подумал.

– Эх, вот ты со мной себя ведёшь не так, как вёл с Катей, – Элли вздохнула. – Даже взгляд другой. И не говори, что это от того, что сейчас ты спишь, и твои настоящие глаза закрыты, и поэтому очевидно, что у тебя взгляд другой… Короче, сейчас ты себя ведёшь вполне нормально. Почему с Катей так нельзя было?

– Эмм… Так в чём разница-то? – поинтересовался Андрей.

– Ты ведь и сам можешь понять, – настаивала Элли.

– Ну… хм… Подожди, это что, магазин дисков?!

Андрей свернул к витрине, в которой красовались десятки постеров на обложках от DVD-дисков с самыми разными фильмами.

– Да, точно, магазин дисков! – с ностальгией в голосе воскликнул Андрей. – А в нашем городе последний уже два года как закрыли. Интересно, остался ли ещё хоть в одном городке такой?

– Где-то наверняка остался, – сказала Элли. – Интернет же не везде так хорошо распространён, ты лучше меня это знаешь.

– Да, пожалуй, где-то остался, – негромко протянул Андрей.

Элли подумала, что в её «детстве» не было не только DVD и компьютеров, но и фильмов, а автомобили оставались экспериментальными образцами изобретателей-энтузиастов. С тех времён мир претерпел огромные изменения, однако сами люди почти не изменились. Их по-прежнему волновало то же, что и сто пятьдесят лет назад.