Империя зла

Длительное отсутствие в селе Приютном юродивого старика-странника никого не волновало.

В шестидесятые годы двадцатого века Михаил Исаевич Федосеев, по привычке, следил и за работой режиссёров, создававших советские фильмы. В основном рождались фильмы-агитки, прославляющие советскую власть и великие победы в войне 1941–1945 годов. Как бывший сотрудник психофизического отдела видел влияние военных разведчиков на мировоззрение советских людей. В начале 60-х годов услышал блатные песни некого доморощенного поэта Владимира Высоцкого.

– Зубастые частушки, – определил матёрый шпион. – Почему, чуждые официальной идеологии песни, могли оказаться в магнитофонных записях у советской молодёжи? Нестандартным поэтом вскоре займётся психофизический отдел КГБ или Главного разведывательного управления. Жаль, но эти песни Высоцкого последние, поэт не вынесет незаметной психофизической опеки советских «учёных». Поэт прекратит писать собственные стихи, у него появятся прославляющие советский строй произведения.

Прошло несколько лет. Шпион Федосеев с удивлением отметил, что за эти годы появилось несколько десятков острых стихов и песен вышеуказанного поэта. Смысл произведений показывал профессиональному разведчику, что с Высоцким плотно работает один из психофизических отделов военной разведки Советского Союза. Каждая новая песня поэта, была как ответ на наводящее психологическое, вернее на психофизическое воздействие КГБ и ГРУ.

– Коллеги из разведки заинтересовались поэтом, попал Высоцкий в чужую колею, глубокую, – размышлял Михаил Исаевич.

– Разрабатывают психологические цепочки для незаметной нейтрализации непокорного. Ждут, когда Высоцкий сломается, имидж создают отрицательный. Даже в советском фильме Высоцкий врага, американского военного, играет,

– так, непонятно для непосвящённых, думал мнимый дед Лапа, беглый советский шпион. Шпион из сверхсекретного отдела Главного разведывательного управления мыслил иначе, чем большинство рядовых советских граждан.

Подросток и КГБ

Наступил 1967 год. Дед жил на отшибе, страшась контрразведчиков, друзей у него не было. Летом Лапа повстречал старого знакомого, мальчишку-рыбака, подростка задумчиво сидевшего на берегу речки, не следя за поплавком. Мальчишке было лет 16, поэтому уместнее назвать его пареньком. Паренёк был одет в цивильный костюм с тусклоцветным галстуком на рубашке цвета хаки. В разговоре о рыбалке пацан попросил деда рассказать о КГБ.