Дураки умирают последними

Удар был такой силы, словно в него на полном ходу врезался автомобиль, и он покатился вместе с волком вниз по склону, всеми силами сдерживая волчью пасть, стремящуюся вцепиться в его горло.

Пока они кувыркались, Алексей, всеми силами удерживая ружье, не позволял хищной пасти ухватить себя за горло, но вот когда они скатились к подножию холма, он решился и, освободив правую руку, выхватил охотничий тесак и несколько раз со всей силы ударил в брюхо смертельно опасному хищнику. Спустя несколько мгновений волчья туша несколько раз дернулась в конвульсиях и, рухнув рядом с Алексеем, замерла, на этот раз навсегда.

Самый настоящий зеленый летний лес, щебетали птички и летали бабочки, шелестела листва, и журчал небольшой ручей, зима исчезла, вокруг него было самое настоящее лето и было очень жарко. Хлопнув от удивления глазами, Алексей ради безопасности осмотрел волчью тушу и, убедившись в полном отсутствии угрозы, скинул с себя обломки лыж, рюкзак и, сняв зимнюю куртку, взялся вырезать волчий клык, трофей был знатный, такого монстра, да ножом… было сильно, такое дано далеко не каждому.

Сделав свое дело, он прошел к ручью и, тщательно промыв свой трофей, погрузил его в баночку со спиртом и, раздевшись, смыл с себя волчью кровь, после чего, сняв утепленную прокладку со штанов и надев их с майкой, собрал свои вещи и поднялся наверх холма, с которого недавно скатился.

– Да что за на хрен тут творится?! – взревел Алексей, не зная уже, что и думать. Все, что с ним происходило, смахивало на бред. И тут вдруг на него свалился Иван, и они вместе рухнули на жесткую траву.

Выбравшись из-под своего напарника, Алексей увидел его окровавленное лицо и, быстро нащупал пульс. Иван был жив, но пребывал в глубокой отключке. Стянув с него зимнюю куртку и подложив ему под голову, взялся осматривать своего напарника. При внешнем осмотре все с ним было в порядке, руки, ноги и голова были целы, а кровь на его руках и голове были волчьими, он также вырезал себе волчий клык, но по какой-то непонятной причине потерял сознание.