Дураки умирают последними

– Ладно, убедил, хотя и жаба душит такие деньжищи упускать, но да, жизнь куда дороже, – выдохнул Иван, продолжая смотреть на приближающийся город, и, помолчав несколько мгновений, задал вопрос:

– И что мы будем делать в Бурове?

– Как и прежде, задача наша не меняется. Вживаемся в этот мир, чтобы восприниматься окружающими более или менее гармонично… – проворчал Алексей и, скосив свой взгляд в другую сторону железной дороги, на мгновение замер, пораженный. В метрах двухстах шла на довольно приличной скорости колонна грузовых автомобилей, а возглавлял ее самый настоящий броневик с пулеметной башней.

– Вот так так… Неожиданное явление, – от изумления хлопая глазами, выпалил напарник и, достав бинокль, внимательно всмотрелся в вереницу здоровенных грузовых автомобилей, среди которых катились несколько двухэтажных автобусов. Спустя пару минут он опустил бинокль и произнес: – На пару грузовики работают, видно, в топку топливные пеллеты подбрасывают, а вот броневик на солнечных батареях точно, вот только зачем он нужен, не совсем понятно.

– Значит, тут есть в этом прямая необходимость, а это значит, имеют место быть проблемы с безопасностью, что нам с тобой следует учесть. Вон смотри, даже четыре истребителя на горизонте крутятся, неспроста это все… Все-таки город Буров находится невдалеке от границы с Республикой Гальза, хотя конечно, это на мой сугубый взгляд перебор, ну не военное же здесь положение, в самом деле, хотя кто знает…

– А вдруг так оно и есть? – с некоторым испугом задал вопрос Иван, ощущая внутреннее беспокойство, военное положение – это более чем серьезно.

– Очень может быть… – задумчиво проронил Алексей, обдумывая возможные последствия военного положения. Чем больше он размышлял, тем тревожнее ему становилось, особенно когда на горизонте появился оборонительный пояс с дотами, дзотами, инженерно-техническими заграждениями и даже артиллерийскими крепостными батареями. Оборона города была поставлена на серьезном уровне.

– Похоже, зря мы сюда подались, надзор здесь должен быть тотальным, а это для нас равносильно смерти, – нахмурившись пуще прежнего, произнес напарник и, посмотрев на Алексея, задал вопрос:

– Что делать будем?

– Едем дальше и не дергаемся.

Через полтора часа эшелон замедлил ход и спустя какое-то время со страшным скрежетом остановился на грузовом терминале.