Сиделка

– Карриотеско! – сжав мои пальцы, негромко произнес маг.

По коже пробежал холодок, и на запястье появилась метка. Едва заметный идеально ровный круг с точкой посередине. Каллеман отвернул манжету рубашки. У него кружок был полностью темным. В случае если маг нарушит договор, его рука почернеет и отсохнет.

Спустя секунду оба знака исчезли.

– Довольна?

Каллеман посмотрел на меня с насмешкой.

– Более чем, – кивнула в ответ и добавила: – Благодарю, милорд.

– Иди переоденься, – приказал мужчина.

– Слушаюсь, милорд.

Я отправилась к себе, сменила одежду, застирала пятно и повесила платье сушиться. Достав сдобную булку, съела ее, мысленно поблагодарив Бетси, умудрившуюся сунуть свежую выпечку мне в сумку, а потом умылась холодной водой и вышла из комнаты. Темный коридор вывел меня в холл, оттуда я прошла к лестнице и поднялась на второй этаж.

Думать о произошедшем не хотелось. Чего уж теперь? Поздно переживать.

Поправив волосы, задумалась.

Интересно, маги уже ушли? «Серый» говорил, что у него мало времени. Выяснить бы, кто он такой и зачем приходил к Горну. Я вспомнила высокомерное лицо незнакомого лорда и поморщилась. Скорее всего, какой-нибудь аристократ из высших. У них у всех на редкость неприятные физиономии. А Горн? Успокоился уже? Или опять попытается меня выгнать? Впрочем, теперь ему это вряд ли удастся.

Ничего другого ему попросту не остается.

– Тера Кэтрин, подождите!

Я оглянулась. По коридору торопливо шла тера Дюваль.

– Я хотела с вами поговорить, – чуть запыхавшись, что совсем не шло к ее должности, сказала экономка.

– У меня не очень много времени, – с сомнением посмотрела на женщину.

Действие настойки скоро должно было закончиться, и мне не хотелось оставлять Горна без присмотра.

– Я вас надолго не задержу, – пообещала тера.

– Ну, хорошо, – кивнула в ответ. – О чем вы хотели спросить?

– Вы ведь ухаживаете за милордом, – водянистые глаза уставились на меня с заметным интересом. Сейчас в них и в помине не было прежнего равнодушия. – Как думаете, Его сиятельство выживет?

– Мне трудно судить об этом, я всего лишь сиделка.