Служанка

Справа от него сидела молодая, красивая женщина в дорогом шелковом платье, слева – щуплый мужчина с узким, вытянутым лицом и тонкими, почти бескровными губами. Штефан узнал в нем наместника Старкона, Стрена. Напротив разместился Крейчек, глава местной гильдии купцов. Справа от него сонно клевал носом Прачек, владелец нескольких подворий для бедных, а рядом с ним сидел судья Пиверень.

На Штефана никто из них не обратил никакого внимания. Лишь женщина подняла глаза, и он увидел, как быстро меняется их выражение.

Сначала в них было недоумение, а потом появилась томная поволока и откровенный призыв. Что ж, животное начало во многих сильно. Вот и эта почувствовала его зверя, потянулась, потекла, готова хоть сейчас перед ним ноги раздвинуть.

Дворецкий, ужом вывернувшись из хватки Бранко, тоненько выкрикнул:

– Ваша милость, тут к вам лорд Крон пожаловали!

Жирные руки Драговеца дрогнули. Наместник поднял взгляд, уставился на Штефана и затрясся, задрожал весь, став похожим на енецкий студень.

Баранья нога выскользнула из его ослабевших пальцев и смачно шлепнулась в тарелку, оставив на белоснежной скатерти некрасивые бурые пятна.

– Ваше сиятельство…

Желеобразная туша попыталась подняться.

– Ваше сиятельство, да как же это? – бормотал Кастимир, и складки на его животе некрасиво колыхались. – Вы бы предупредили, мы бы вас встретили. Ох!

Хозяин дома выбрался, наконец, из-за стола и, задыхаясь, двинулся к нему.

– Ну что вы, лорд Драговец? К чему лишние хлопоты? Я ненадолго.

Хотел посмотреть, как в Стобарде дела обстоят, а заодно и своего нового управляющего представить.

– Нового? – в поросячьих глазках наместника мелькнул страх. – А с даном Винкошем что случилось?

– А нету больше дана Винкоша, – Штефан сделал паузу, в упор глядя на Кастимира.

В столовой стало так тихо, что слышно было тиканье часов в нагрудном кармане судьи.

– Как нету? – сипло переспросил наместник, потянув узел шейного платка, и остановился, будто не в силах идти дальше.

Женщина поднялась со своего места, оказалась рядом с Кастимиром и взяла того под руку. Но взгляд ее так и оставался прикованным к лицу Штефана. И губы призывно алели, приоткрывшись в своей влажной сочности.

– Дан Пиверень, какое наказание полагается за крупное воровство у господара? – усмехнулся Штефан, позволяя клыкам удлиниться и показывая их присутствующим. Давненько здесь арнов не видели, позабыть успели, кому служат. Ну да ничего. Он напомнит.