Пари, миледи?

– Сладостями делятся только с друзьями, Олли, – деланно равнодушно сказала в ответ и взяла с блюда трубочку. – О, тут мой любимый ванильный крем!

Я широко улыбнулась и отломила кусочек.

– А я тебе разве не друг? – Жалобно спросил духовик.

– Настоящие друзья не будут скрывать информацию.

Я попробовала лакомство и демонстративно закатила глаза, наслаждаясь вкуснейшей выпечкой.

– Ну, подумаешь, уже и пошутить нельзя, – буркнул Олли. – Чего ты там знать хотела?

– Кто такая тетушка Амброуз? – Спросила духовика.

– Старшая духовица, – неохотно ответил тот.

– И что она делает?

– Следит за порядком в замке, – еще неохотнее буркнул Олли.

– Я могу ее увидеть?

– Если бы, – вздохнул Оллилен. – Она когда пожар тушила, слишком много сил отдала, совсем бестелесной стала. И никак назад не вернется. Потому меня с хозяином и отправили. Приглядывать, значит.

– А кто-то еще из духовиков в доме есть?

– Нет. Раньше Матушка Лея с братцем Робертом были. А как хозяин пострадал, так они и развоплотились.

Лицо Олли сморщилось, словно он собирался заплакать, и я поторопилась его отвлечь.

– Оллилен, а Стейн вообще знает о вашем существовании? Почему он вас не видит?

– Знать-то он знает, – как-то неуверенно ответил Олли, и мне показалось, что он не договаривает.

– Но?

– Забыл он про нас совсем, – после долгой паузы признался духовик. – Это старые хозяева к нам с уважением относились, помнили, что мы их любим, и поощряли за помощь.

Олли обиженно поджал губы.

– А почему же ты не хотел, чтобы я про тебя сказала?

– Ты совсем глупая? Нас ведь только хозяева могут видеть или подземные. А ты тогда еще не была хозяйкой.

– Выходит, ты обо мне заботился?

– Ну да.

– Почему?

– Понравилась ты мне, – буркнул Олли. – Не хотел, чтобы хозяин тебя дознавателям сдал.

– Спасибо, Оллилен, – от души поблагодарила духовика и спросила: – А сколько вы живете?

– По-разному бывает, – ответил Олли. – Все от хозяина зависит. Сколько у него сил. Вот тетушке Амброуз уже больше трех сотен лет, она еще при старом лорде появилась. А мне всего тридцать. Плевый возраст, если по-нашему. Но ты не смотри, что я молодой и что сил у хозяина сейчас мало. Я его никому в обиду не дам!

– Мели больше, – послышался знакомый скрипучий голос.