Наследница Каменной пустоши

Дома ветшали, многие были в аварийном состоянии, какие-то из них расселили, а остальные доживали свои последние дни. Грустное зрелище. Квартиры в Черемушках стоили совсем недорого. Правда, желающих купить их было немного, а уж снять комнату можно было и вовсе за сущие копейки. Мне как-то довелось пожить там пару месяцев, на большее меня не хватило.

– Нет, вы не думайте, у моей бабушки хороший дом, – торопливо добавил Этьен, догадавшись по моему лицу, какое впечатление произвели его слова. – В Первомайском. Просто мне удобнее жить в Сорске.

Злосчастье трудился в какой-то непонятной компании, название которой вылетело у меня из головы сразу же, как Этьен его назвал.

– А чего сегодня не на работе? – поинтересовалась я.

– Отправили в неоплачиваемый отпуск, – вздохнув, потупился Этьен. – Фирма испытывает трудности, директор пообещал, что когда все наладится, мы сможем вернуться к работе.

– Замечательно, – пробормотала я.

Он еще и безработный! Классический неудачник.

– Нет, вы не думайте, у меня есть деньги, – торопливо добавил парень. – Я откладывал.

– Сколько?

– Что?

– Сколько у тебя отложено?

– Три тысячи, – простодушно ответил Этьен и добавил: – Долларов.

– Да ты богач! – присвистнула я.

– Да, – совершенно серьезно кивнул ботан. – У меня еще машина есть.

– Неужели?

– Ага. «Волга».

Этьен гордо приосанился, ожидая моей реакции. Он даже чашку с недопитым чаем отставил.

– Круто!

Я не смогла не оправдать его надежд. Для любого мужчины машина значит очень много, и Этьен, судя по всему, не был исключением.

– Слушай, а твои родители? Они живы?

– Нет, – коротко ответил парень. Он погрустнел и задумчиво уставился в окно.

– Так у тебя только бабушка?

– Да. И Ричард.

– А Ричард – это кто?

– Кот.

И правда, куда же без кота? Образ Этьена обрастал подробностями прямо на глазах.

– Он очень умный. Вы знаете, Лерочка, я порой думаю, что он гораздо умнее очень многих людей.

Ну да, а что ему еще остается? Бедный кот. Я бы на его месте тоже кивала.

Я подперла щеку кулаком и с жалостью посмотрела на Этьена. Лицо худое, щеки запавшие, уминает бутерброды так, будто три дня не ел. А может, и правда, не ел?

– Щи будешь? – спросила я злосчастье.

– А есть? – обрадовался тот. – Я их очень люблю.