Красавица для Медведя

Пашкин дом последний на улице, сразу за ним начинается лес, ну как медведь унюхает еду и придет? Надо у Пашки ружье поискать. Если есть рога и шкура неопознанного зверя, то должно быть и оружие. А с ним мне никакой медведь не страшен.

Воодушевленная этими мыслями, я перерыла все шкафы в доме, осмотрела кладовку и подвал, но кроме лопат, граблей и поломанной тяпки ничего не нашла.

И что теперь делать? Как прикажете защищать свою жизнь от диких животных?

Эх, все-таки придется обращаться к Девяткину. Должен же он доложить начальству о появлении медведя в непосредственной близости от курортных мест?

Я быстро переоделась, натянула кепку вместо утерянной шляпы, и потопала в поселок.

* * *

Двери опорного пункта были гостеприимно распахнуты, и это показалось мне хорошим знаком. Я вошла внутрь, миновала крошечный коридор с казенными синими стенами, стукнула для приличия по хлипкой филенке единственной двери и заглянула в кабинет. Открывшаяся картина заставила замереть. На продавленном диванчике, головой ко входу, лежал и тихо постанывал полураздетый Девяткин, а продавщица Людка ритмично массировала ему поясницу своими сдобными руками и ласково приговаривала:

– Ну вот, Витенька, сейчас еще спиртиком разотру, и полегчает.

– Банька у тебя, Людок, знатная, – согласно промычал капитан. – А если еще и абрикосовой нальешь…

Я уже хотела тихонько ретироваться, но тут Виктор Семенович открыл глаза и уставился на мои ноги.

– Снова ты? – волком посмотрел капитан, а Людка вытерла руки полой халата и уставилась на меня со своим обычным равнодушием. Не женщина, а параскеевский сфинкс какой-то.

– Я, – радостно улыбнулась в ответ, свято уверенная в силе добра и позитива.

– И какая нелегкая тебя принесла? – прокряхтел Девяткин.

Он с трудом поднялся с дивана и натянул рубашку, упаковав в нее выступающий трудовой мозоль.

– Я сегодня медведя видела, – поспешила сообщить важную новость.

– В зоопарк ездила? – хмыкнул Девяткин.

Он прошел к столу, но садиться не стал, навис над ним надутым шариком и смотрел на меня, как на надоедливую муху. Людка устроилась на диване, переводя взгляд с меня на капитана и обратно.

– А мне, значит, рассказать пришла, – хмыкнул Виктор Семенович и внезапно посуровел.