Леди второго сорта

Красивое, очень юное, похожее на тончайший фарфор: белоснежная кожа, высокие скулы, тонкие светлые брови, пухлые губы. И только глаза – зеленые, яркие, с застывшим в них знакомым упрямым выражением – были моими. И именно они заставляли поверить, что вот эта светловолосая девушка, отражающаяся в зеркале, действительно я.

Сердце сбилось с ритма, а потом застучало часто, как у пойманного воробья.

Я снова обвела взглядом комнату, остановилась поочередно на каждом предмете и на лицах застывших у кровати людей, и поняла одну вещь.

На этой мысли я почувствовала, как в груди что-то запекло, а следом в легких резко закончился воздух, и я благополучно отключилась.

***

Рес! Он смотрел на Вернсдофа, и едва сдерживал злость. Ублюдок явно что-то знает об артениде. Знает, но молчит. А лживые глазки так и шныряют по допросной, перепрыгивают с предмета на предмет, лишь бы с ним взглядом не встречаться.

Он повернул на пальце переговорное кольцо и задумался. Может, вызвать Рэна? Нет. Рано еще. Пока этот ублюдок молчит, Давенпорт будет только мешать. Слишком правильный. Да и Герберт чересчур флегматичен, чтобы вытрясти из этого куска дерьма душу. Рес! Если допрос и дальше пойдет в таком темпе, то они тут до ночи проторчат. Попался бы ему Верн в былые времена! Он бы с ним не церемонился. Врезал бы пару раз под дых, живо бы заговорил.

– Это произвол! – будто услышав его мысли, прогундосил Вернсдоф. – У вас нет никаких улик, вы не имеете права меня удерживать.

– Нет улик, говоришь?

Он усмехнулся, а Верн съежился и прикрылся рукой.

– Я буду жаловаться, – неуверенно проскулил паскудный волк, поглядывая на него из-под локтя, как побитая шавка.

Боится. Правильно боится. Знает, что он с ним и по-другому поговорить может.

– Жаловаться, значит, – он задумчиво кивнул и обернулся к Герберту.

Спокойно так обратился. Вежливо.

– Лорд Хольм, я не имею права, – голос полицейского заметно дрогнул. – Начальник будет недоволен, если узнает, что на допросе присутствовали посторонние, я и так нарушил правила, позволив вам находиться в допросной.

– Не трусь. С твоим начальником я сам разберусь.

Он усмехнулся шире и посмотрел на Вернсдофа.

– Только побеседую чуток с нашим гостем, и разберусь. Уверен, проблем не будет.