40000 лет назад

Толи мошка какая-то пристроилась, то ли еще что, неясно, да и не важно. Он всеми силами пытался противостоять естественному порыву, устранить эту неприятность, с помощью рук, но видимо непроизвольно поморщился, и этим привлек к себе внимание.

– О! Глянь! Никак шевелиться начинает. – Загрохотал над ухом бас, и в ноздри ударил запах чеснока. – Давай бегом к Митрохе. Сообщи новость.

Загрохотали быстрые удаляющиеся шаги. Скрываться больше не было смысла и Федогран открыл глаза. Над ним склонялась голова пожилого мужчины, с черной, с нитками проседи, бородой, крючковатым коротким носом, напоминающим клюв филина и хитрыми, прищуренными глазами, непонятного, в следствии полумрака, цвета.

– Очнулся, милок. Встать можешь? – хитрые глаза еще больше сощурились, превратившись в щелки. И пока наш герой поднимался, новый знакомый, не переставая причитал. – Навел ты тут паники. Давненько в нашем городе не случалось такого непотребства. Тож надо? Отравили. Кому же так дороженьку перешел? Невиданное досель дело.

Он помог сесть Федограну на лавку, на которой тот лежал, и опустился рядом, заинтересованно сверля взглядом, как рентгеном, просвечивая душу.

Сам он выглядел каким-то квадратным, казалось, что плечи шире, и так его небольшого роста. В блестящей кольчуге, очень мелкого плетения, опоясанный здоровенным мечем, в кожаных ножнах, с рукоятью в виде шипящей змеи, где эфесом служило скрученное в кольца, для прыжка, тело, гада.

– Дяденька, а попить есть что-нибудь? – Осмелился спросить Федор.

– Вона как тебя с похмелья-то. – Он рассмеялся басовитым карканьем. – Как не быть, конечно, есть. Только потерпеть тебе надо, чуток. Знахарь осмотрит, добро даст, тогда и напьешься. Идти-то сам сможешь? – И вдруг став серьезным, сменив тон с шутливого на злобный, рявкнул так, что Федор вздрогнул. – Кто тебя опоил, помнишь? – И снова поменял настроение, на заботливо соучастливое. – Важно, милок это.

– Ннет. – Едва только и смог выдавить из себя наш герой.

Дальнейший допрос не состоялся, потому что, гремя сапогами в помещение, ворвался еще один воин, прямая противоположность сидящему рядом. Огромных размеров молодой мужчина, лет тридцати, с русой шевелюрой, постриженных под «горшок» волос, с подернутым легкими морщинами лбом, карими умными глазами, прямым носом и аккуратной бородкой, окружающей, вместе с постриженными усами, пухлые губы.