Защитит ли Россия Украину?

Участвовать в этом проекте – не самый разумный выбор и для украинцев, и для грузин, и даже для литовцев и эстонцев. А для русских такое участие было бы чем-то анекдотичным: конечная цель проекта – уничтожение русских во всем «санитарном поясе». По крайней мере, уничтожение русских как русских. И не сопротивляться, спокойно наблюдать за тем, как запрещается язык, уничтожаются святыни, попираются права, – по меньшей мере странно. Поэтому Украина – страна, где большинство граждан имеют либо русскую, либо двойную, русско-украинскую, идентичность, – оказывается естественным полем боя.

Чего вправе, а чего не вправе ожидать читатель от этой книги? Это не теоретическое изложение той или иной идеологии (я надеюсь, что выходящая в издательстве «Европа» моя книга «Русский националист» успешно выполнит эту функцию). Но это и больше, чем случайное собрание статей и заметок на украинскую тему. В первой части читатель найдет определенное геополитическое и историческое объяснение процессов, происходящих на юго-западе от границ современной России, поймет логику того геополитического феномена, который я обозначил как «санитарная империя».

Вторая часть книги представляет собой своеобразную хронику последних полутора лет, «оранжевой эпохи», в жизни Украины и России. Как политический обозреватель «Маяка» я постоянно обращался к украинской теме, освещал ее по горячим следам в своих комментариях. И эти комментарии, а также ряд актуальных статей из Интернет-портала «Правая. Ру» представляют собой мгновенный срез тех впечатлений и оценок, которые возникают в результате наблюдения за ситуацией на Украине у русского человека определенных убеждений.

Наконец, в третьей части я пытаюсь набросать по крайней мере контуры русского ответа на формирование «санитарной империи» и дерусификацию Украины, и не только Украины. Я начинаю с разбора неверного, на мой взгляд, ответа – идеологии «либеральной империи», достаточно популярной у нашей элиты, но совершенно убийственной для попыток реально восстановить наше национальное и имперское пространство.

Далее я предлагаю собственный ответ, который я обозначил как «прагматический ирридентизм», то есть идеологию реконструкции так называемого постсоветского пространства как пространства русского, пространства вековой Российской государственности. Принятие этой идеологии не оставляет ни логического, ни политического места заигрыванию с антироссийскими сепаратизмами всех стран бывшего Союза и ставит проблему Украины как части России.