Ребус-фактор

Там мне не пришлось прибегать к помощи двух пальцев, меня и без них вывернуло наизнанку. А потом еще и еще раз.

Если кто-нибудь пренебрежительно скажет вам, что мужчина-де не должен позволять нервам брать верх над желудком, – плюньте ему в лицо. Много он понимает. Да и не нервы во мне взыграли, а воображение. То, что я увидел на подушке в спальне, еще долго стояло у меня перед глазами.

Когда я вернулся, утирая глаза, дядя с аппетитом поедал дымящееся рагу. Мне сразу захотелось обратно, но я справился, без разрешения нацедив себе пива и выпив полный стакан.

– Вот и хорошо, – сказал дядя, – но больше не пей. Сейчас пожуем немного и будем собираться. Ты должен уехать не позже, чем за два часа до рассвета, а то у меня не останется времени похоронить твоего Джафара по-человечески. Заодно не мешало бы разобраться, из какого оружия стреляли – дырка в стекле очень уж аккуратная, края не оплавлены, а осколков я не видел. Кстати, будет лучше, если ты скажешь семье своего приятеля, что он погиб на Дикой территории.

Где, говоришь, вы встретились с котом? Имей в виду, кот убил Джафара, а ты застрелил кота, после чего похоронил приятеля на той же поляне…

– Там не было поляны.

– Мне наплевать, что там было, – веско сказал дядя. – Ты похоронил его на месте, потому что не мог доставить тело родным, а кроме того, у мусульман принято хоронить покойных в день смерти, до заката. Обо всем этом ты расскажешь его семье.

Не завидую тебе, но это надо сделать.

Я тоже себе не очень-то завидовал.

– А если его отец, или братья, или кто-нибудь еще попросят меня показать могилу?

– А ты ее найдешь? – спросил дядя.

– Думаю, что найду, – почти уверенно ответил я. – В смысле, найду то место, где кот напал.

– С твоей памятью тебе в университете надо учиться, а не в террористов играть, – заявил дядя. – Поводи их по лесу и скажи, что не нашел. Трудно, что ли?

Я молчаливо согласился с ним.

Если дойдет до поисков могилы, придется так и сделать. Может быть, когда-нибудь потом я открою родным Джафара правду, но не сейчас. Во-первых, это горькая правда, а во-вторых, они точно дров наломают.

– Не хочешь есть? – спросил дядя, отодвигая от себя тарелку. – Ну ладно, в дороге наверстаешь, я тебе соображу какой-нибудь шамовки. Теперь иди, собери свои вещи.

Вещей у меня было немного, так что управился я быстро.